Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но она увидела не темно-зеленый цвет, напоминающий оттенок листвы, а резкий блеск изумрудных глаз, холодных, как камни в ледяной глубине земли. И вместе с тем она чувствовала обжигающее пламя в глубине собственного тела. Он превратился в чужака, но знакомого чужака. Шона хорошо знала и помнила его внешне. Она узнала выражение его лица, но ей было ясно: какие бы чувства он ни испытывал к ней раньше, все они умерли той ночью. Его прикосновение было ледяным. Однако оно не усмиряло охвативший Шону жар, порожденный страхом, ожиданием, яростью и… предвкушением.

Она — дочь народа, который живет в непрестанной борьбе, напомнила себе Шона. Народа, который погибал, отстаивая свои права, гордость, убеждения. К чему бы ни стремился Дэвид, к отмщению или убийству, она будет бороться — пока не иссякнут силы…

— Я не стану платить за то, чего не совершала! — шепотом выпалила она. — Ты ничего от меня не добьешься. Ты…

Прижав палец к ее губам, он заговорил холодно и хрипло, словно не слышал ни единого слова Шоны:

— Это я буду решать, миледи, как поступить с вами дальше.

Вы заявляете о своей невиновности и вместе с тем признаете свою вину.

— Я виновна только в том, что….

— Вы были пешкой, Шона. Приманкой. Вероятно, удар нанесли не вы, а кто-то другой.

— Клянусь вам, я не знаю…

— Кто-то пытался убить меня.

— Но вы не погибли. Где вы…

— Сейчас это не имеет значения.

— Возможно, вас никто не пытался убить. Всему виной был пожар.

— Мне нанесли смертельный удар в голову, Шона.

— Должно быть, упала балка…

Он выругался с таким неукротимым бешенством, что она затихла.

— Клянусь, мне неизвестно ничего о попытке убить вас…

— Докажите это.

— Что вы имеете в виду?

— Сохраните тайну. Помогите мне узнать истину.

— Но как?

— Пока просто смотрите и слушайте.

— А если я не стану помогать вам?

— В таком случае… — начал он, склоняясь над ней. Шона увидела, как затвердело его лицо, и почувствовала напряжение тела. Им завладел таинственный, приглушенный огонь, в любой момент готовый полыхнуть с новой силой.

Если бы Шона могла пошевелиться, она опять испытала бы искушение выпрыгнуть из окна, лишь бы избавиться от волны насилия, которая, казалось, бушевала в нем. Но Дэвид вновь выпрямился верхом на ней, сдавливая ее бедра, однако оберегая от веса своего тела.

— Обещаю вам, миледи, если вы не будете держать язык за зубами, вы об этом сильно пожалеете. И потом, неужели вы уже забыли?

— О чем?

— О том, что вам самой угрожает смертельная опасность, Шона Мак-Гиннис.