Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Так-то с Левиным легко общаться, нормальный директор, без закидонов излишней строгости, но чувствуется, если понадобится, найдет способы воздействия, не особо будет переживать за судьбу провинившегося. Поводили его по цехам, показали оснастку, познакомили его с нашим КБ. Не сказать, чтобы он смотрел на все это без интереса, но чувствовалось какое-то напряжение, человек прекрасно понимал, что за этим что-то скрывается и не просто налаживание связей. Но вся беда, в том, что говорить с ним при нашем директоре я не мог, а покинуть нас уже не мог Хрунов.

Просто неприлично пригласить директора другого предприятия и оставить его на попечение своих подчиненных. Но зато мы смогли договориться об ответном визите нашего молодежного КБ, чтобы обменяться опытом организации производства. Нам этот вопрос был действительно интересен.

Ответный визит был согласован через неделю, именно столько времени потребовалось, чтобы оформить нам допуск, хотя предприятия родственные. За это время я успел прорисовать общую компоновку истребителя и изобразить его внешний вид с разных ракурсов.

Все это делалось именно для директора, выносить обратно я ничего не собирался. Тут действовал принцип, пронести на завод ты мог любой документ, а вот вынести не мог ничего. Охрана разбираться не будет, чего ты там выносишь, хоть детский рисунок унитаза, шпион и на этом все, хорошо если банальным сроком в ГУЛаге обойдется, а то и лоб зеленкой намажут.

Прошлись по цехам, посмотрели организацию работ и пришли к выводу, что у нас производство организованно не в пример лучше, хотя и здесь нашли кое-чего интересного.

Но главное, несмотря на то что наша ламповая мастерская обеспечивала их в полной мере, в цехах относительно темно, у себя мы уже привыкли к новым светильникам, а здесь без солнечного света, хана, потемки. И кто это здесь такой экономный? К директору попали в конце «прогулки», он из вежливости поинтересовался нашим мнением, мы так же из вежливости выразили восторг, и на этом наш визит можно было считать законченным.

Я же во время разговора положил подготовленную папочку на стол, в ней и находились все мои художества, а по выходу ее «забыл».

— Товарищи, кто из вас документы оставил? — Встрепенулся Израиль Соломонович.

— Это мое, — отзываюсь я, — там интересная информация, по одному американскому самолету, специально принес вам посмотреть.

— Хорошо, взгляну, — кивнул директор и потянулся к папке.

Вот и хорошо, посмотрим его реакцию.