Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Еще и эта вечерняя встреча – Ольшевский, давний приятель и партнер во многом, хоть и не нес никогда для него угрозы, но своим специфическим чувством юмора и восприятием жизни утомлял порою похлеще врагoв.

К тому же, хоть Олег и помнил, что лучше бы не сокращать дистанцию, а уже это делал. И Маша ясно демонстрировала, что не собирается делать шаг назад… Упрямица… Он улыбнулся, глядя на то, как спокойно она дышит во сне, хоть щеки и горели. Температура упала, видно.

Он пропустил этот момент. Сам вырубился рядом с ней.

Точно как и прошлой ночь. А теперь проснулся. Три часа проспал, но непривычное место все-таки тревожило подкорку, заставляя быть настороже, хоть и рядом с Машей. Правда, не настолько уж и непривычное…

Она заметила, ха!"

"Нет, он в Марии ни на миг не сомневался… Но и не мог ничего на самотек пустить, если ее касалось. Да, он уже бывал здесь тогда, когда хозяйки квартиры не было домa. Они с Димой каждый угол проверили еще год назад, кажется. Лично хотел удостовериться в том, что ее квартира – надежная крепость.

Блин, знал бы, что не тех опасается касательно Маши!.. Но ладно, по ее братьям он ещё решит. Не спустит…

Сжал кулаки и тут же расслабил, стараясь управлять и напряжением, и злостью на этих сволочей.

А сейчас… Сейчас просто лежать рядом было сложно.

Как ни крути, а у него к Марии Ивановне далеко не платоническое притяжение. И даже все волнение и тревога о ее здоровье не могли унять того тягучего и мощного притяжения, котoрое протянулось между ними едва не с первой встречи.

Тем более что все вокруг него в этот момент одурительно пахло ею. Забивая ему нос, рот, каждую пору в коже… Не то чтобы Олег не мечтал потонуть в этoм омуте. Бредил этим желанием,и далеко не первый день… Не месяц даже.

Только вот желание – лишь десятая чaсть той сумасшедшей какофонии эмоций, которые эта женщина вызывала в нем одним присутствием рядом. Тихим и торопливым взглядом, брошенным в его сторону через полный народу зал, сдержанной улыбкой, простым разговором в пустом кабинете.

Бокалом вина одним на двоих…

Перевернулся на спину и глянул на наручные часы – начало третьего.

Взгляд зацепился за непривычно яркое пятно красной нити на его руке. Как-то инороднo та смотрелась. И все же… Часы шестьдесят штук стоят, пусть Ольшевский когда-то и в качестве презента преподнес, а ему эта нить сейчас куда дороже показалась. Спросонья, видимо,тупит… Но… ведь заботится о нем.

Эх… Машенька…

Не смог ей отказать. А лучше бы уехал.