Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Видимо гримаса у неё вышла впечатляющей, вон как перекосило мужиков. И неужели это страх мелькнул в их тупых зенках? Правильно. Бойтесь.

Но тут ситуация внезапно изменилась. В нескольких метрах от их живописной группы прям ниоткуда посреди улицы появились новые участники действа. Ещё четыре балахонистых и один в тёмной одежде, похожей на ту, которую она в музее видела с надписью XIX век. И вот этот экспонат заговорил с ней тем самым голосом, который она слышала, когда подглядывала в замочную скважину.

Надо сказать, мужика можно было бы посчитать весьма привлекательным. Светлые волосы, породистое лицо, прямой нос, тонкие губы, высокий лоб и весьма впечатляющая фигура. Вот только холодные, жестокие белесые глаза портили впечатление, а ещё высокомерное и презрительное выражение лица. И вот вещает он ей что-то, тянет свои холённые грабли, остальные, типа незаметно, снова её окружают, а девочки настороженно собрались в стайку и жмутся к ней сзади.

Блондин, не добившись никакого ответа, или хотя бы реакции, на свои слова, полыхнул ледяным взглядом и взметнул правую руку, словно бросил в нее что-то.

В грудь толкнуло и уже знакомое ощущение бегущей по венам силы заставило её злобно ухмыльнуться. Интересно, что это они своими ручонками делают, что она уже себя Халком начинает чувствовать. А в голубых глазах главного утырка загорелось изумление, а потом что-то совершенно другое, не понравившееся ей от слова совсем. Он махнул своих прихлебалам и те снова попёрли.

И тут одна из девчонок внезапно бросилась к валяющейся рядом балахонистой туше, схватила какой-то камень на кожаном шнурке и с радостным воплем сунула его ей.

— И что я должна с этим делать? — недоумённо вскинула брови Тоня. Малая что-то лопотала, жестикулировала руками, но девушка всё равно ничего не поняла. Тогда этот всклокоченный цыплёнок схватил её за руку и вложил камень в ладонь, неожиданно сильно сжав.

Блондинистый что-то гневно закричал в приказном тоне, монахи резко ускорились, бросаясь к ним со злобными рожами, а дети буквально приклеились к ней, обхватив руками со всех сторон.

Она ещё пыталась их оторвать от себя, чтобы увести из под удара, когда земля под ногами исчезла и кости скрутило, выворачивая, как тогда, возле гаража, только не так сильно, наверное. Мир вокруг исчез, чтобы спустя несколько мучительных и болезненных мгновений, ослепительно вспыхнуть снова. И Тоня познала, что такое истинный шок.