Name: Пленница Хургады, или Как я потеряла голову от египетского мачо
Author: Юлия Витальевна Шилова

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Ты знаешь, а в этом что‑то есть. Это даже романтично, но жить без крыши я бы не согласилась.

Раньше я никогда не знала, что такое настоящая беднота, и могла наблюдать за ней только по телевизору. Но окраины Каира реально показали мне, что это такое. Когда мы проходили мимо ветхих домов, некоторые из которых были перекошены набок, мне показалось, что Валид привез меня в какой‑то нищий город времен Средневековья. В домах были такие старые лестницы, что мне казалось, если я сделаю хотя бы шаг, то лестница сразу обвалится, потому что она совершенно не приспособлена для того, чтобы по ней ходили.

Больше всего меня поражал жуткий мусор, которым был завален весь ближайший канал. Создавалось впечатление, что в некоторых районах не существует такого понятия, как вывоз мусора, и люди просто сваливают бытовые отходы где придется.

Семья друзей Валида была достаточно гостеприимной. Она состояла из мужа, жены и троих маленьких детей. Увидев окружающую их нищету, я сначала отказалась притронуться к приготовленному к нашему приходу ужину, но пристальный взгляд моего мужа заставил меня это сделать.

Нас потчевали египетской национальной закуской и курицей. Я настолько устала от ежедневных супов‑пюре, которые никогда не любила, но которые так обожал мой супруг, что, распробовав специально приготовленную для нас закуску, сочла это блюдо очень даже вкусным. В состав закуски входили печеные баклажаны, зеленый перец, уксус и тахина. Тахина — это местная заправка из семян кунжута.

Я с удовольствием съела курицу, потому что безумно люблю все мясное, но мясо для египтян — дорогое удовольствие. Моя любимая свинина здесь запрещена Кораном. Птицу тут готовят только местного происхождения и только свежезарубленную. Гарниром к курице был рис, картошку египтяне едят мало. Когда я ела рис, то вдруг подумала о том, как же все‑таки иногда хочется вареной картошечки, селедочки, моченых огурчиков. Не отказалась бы я и от рюмочки водки, но об этом тут приходилось только мечтать.

Когда наш ужин закончился, Валид ушел со своим другом в комнату курить гашиш, а я осталась наедине с египтянкой по имени Марва и предложила ей свою помощь по хозяйству. Я уже привыкла к тому, что по вечерам мой супруг курил гашиш, и сама, незаметно для себя, перестала возмущаться по этому поводу. В его окружении это считалось вполне нормальным и не было чем‑то из ряда вон выходящим.