Ох, охота! читать онлайн

Когда же Колчака разгромили, взял другую фамилию, стал Аредаковым и тихо поселился в Яранском, женившись на местной девушке. Выяснилось, кто он на самом деле, только во время Отечественной войны, но Аредакова не преследовали, поскольку он воевал отважно, получил несколько орденов и звание старшего лейтенанта. Так вот у него была трехлинейка, которую толком никто не видел, но много раз слышали винтовочные выстрелы, а несколько раз — пулеметные очереди на колхозных полях. И всегда поблизости оказывался дед Аредаков с берданкой и добычей.

Говорили, будто он медведей на овсах стреляет исключительно из пулемета, но старого, привыкшего скрываться от властей поручика поймать было невозможно, хотя милиция на него засады устраивала. Однажды участковый своими глазами видел, как дед одной очередью с лабаза уложил огромного зверя, но сразу же подбежать испугался, мол, вторая бы очередь по мне, и когда поймал его возле добычи, пулемета уже не было, а у деда Аредакова старенькая берданка и ножик — все оружие. Но когда дед умер, у дяди Гоши Бармы появилась трехлинейка, подаренная ему Аредаковым, и сумка патронов, не поверите — выпуска 1914 года!

— Просил у него пулемет — не дал! — хвастался винтовкой открытый и веселый Барма. — Говорит, в Чети утопил! Надо кошкой поискать!"

"И совершенно безбоязненно показывал винтовку. Когда я первый раз взял ее в руки, понял, лучше оружия на свете нет! Называется она не по фамилии изобретателя Мосина, а как-то расплывчато — образца 1896 года, но чаще просто трехлинейкой из-за того, что у нее в канале ствола три линии нарезов, по тем временам достижение!

Отец как-то не очень гонялся за карабином, поскольку раньше и в руках-то его не держал, да и умел всегда стрелять по месту из ружья.

Но однажды поздней осенью по всем штатным охотникам поехал сам председатель райпотребсоюза Лесин, и каждому дал разнарядку срочно, в недельный срок, добыть по десять лосей, причем бить чисто, только в шею, чтоб не было гематом — мясо заготовляли для отправки за рубеж. Промысловики пошли в отказ, ибо в одиночку, с ружьем и даже с хорошими собаками это нереально. Тогда Лесин выдал казенные карабины, патроны и пообещал премию. И вот отец впервые испытал, что такое нарезной ствол, после чего уже никак не мог успокоиться. Куда только ни писал, даже, говорит, Хрущеву, но везде получал отказ. А однажды к нему приехал какой-то городской мужик, привез японскую винтовку и променял на соболя.