Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Даже если этот проклятый скотлинг возмутится твоему отказу, ничего тебе не сделает. Ну, а после того, как жрец объявит вашу помолвку разорванной?

- Тогда я попрошу его соединить меня узами брака с почтенный Кросби, - послушно ответила я. – Он будет готов к такому развитию событий и тут же поддержит мою просьбу. После церемонии мы отправимся в его дом и будем счастливы до конца дней, разводя свиней и совместно встречая рассветы.

Алистер немного нахмурился, так как в моих словах ему почудилась тень насмешки, но, посмотрев в мои равнодушные глаза, был вынужден пробурчать что-то согласное.

В это время Бадди находился рядом и предпочитал помалкивать, только выразительно смотрел на меня. Мол, не забыла ли я о своём обещании снять с меня то жуткое проклятие, которое сама же и наслала. Я также молча семафорила, прося не беспокоиться – уж чем, а плохой памятью я точно не отличаюсь…

Алистер, убедившись в том, что я все указания запомнила достаточно чётко и от волнения ничего не перепутаю, немного успокоился и даже решил вздремнуть в коляске по раннему времени, предоставив меня самой себе.

Мне же было тревожно и жутко интересно, поэтому я вертела головой из стороны в сторону, мало беспокоясь о том, что такое поведение вызовет ненужный интерес у кого-либо, поскольку бедняжка Алинара считалась затворницей и из дома выбиралась очень редко, по великим праздникам.

"Впрочем, вскорости вертеть головой мне порядком наскучило: природа была самая что ни на есть обыкновенная, какую можно встретить в любом месте: небольшие рощицы дубов, вязов и клёнов перемежались полями, лугами для выпаса скота. На пригорках стояли основательно выглядевшие помещичьи дома, сложенные из привычного здесь серого слоистого камня.

Дорога была хорошо укатанной грунтовкой с узкими рвами по бокам, пару раз за время нашего путешествия мы обгоняли неторопливо бредущих в город крестьянских лошадок с телегами и озабоченными возницами. Ещё несколько раз навстречу попадались другие коляски, и тогда Алистер приподнимался и приветственно снимал шляпу или перебрасывался ничего не значащими фразами со своими знакомыми.