Операция \ читать онлайн

По фотографии, которую показывали в Москве, хорошо запомнилось надменное, с оттопыренной нижней губой и темными глазами, лицо опаснейшего врага Советской власти, сотрудника Интеллидженс сервис.

Появление Рейли в Париже и встреча его с Коншиным ещё раз подтверждали, что эмигранты что-то затевают."

"Коншин оказался в самом деле не прост. Войти в контакт с Торгпромом, как это предусматривалось планом операции, не удалось, хотя беглый петроградский банкир и согласился принять инженера Арбенова.

Встреча состоялась в конторе Коншина.

Банкир выслушал инженера и внимательно ознакомился с коносаментами. Согласился, что документы подлинные, и пожелал Арбенову успеха в розыске груза.

— Меня увольте… Имею другие планы, — сухо сказал Коншин.

Планы у Коншина в самом деле были другие. На следующий день вещи Арбенова в номере гостиницы кто-то весьма тщательно проверил. А вечером, когда инженер возвращался с Больших бульваров после прогулки, неподалеку от гостиницы навстречу ему кинулись две тени.

Выручил навык работы в ОББ.

[1] Один из нападавших удрал, второй со стоном свалился возле литой ограды, Арбенов ухватил его за воротник и повернул лицом к свету. Разглядел низкий лоб с косой темной челкой, крупную челюсть и мутные крохотные глаза. Поднял тонкий нож и закинул его за решетку.

Наскочили обыкновенные апаши, видимо нанятые Коншиным, чтобы завладеть коносаментами беглого русского инженера.

Визит к банкиру был ошибкой. Такой откровенной жадности и бесцеремонности он не ожидал от Коншина.

В гостиницу Арбенов не возвратился.

До рассвета бродил по ночным кафе. Убедившись, что за ним нет хвоста, вызвал на встречу Крауминя и сказал, что с первым же поездом уезжает в Ниццу.

— Вы были правы, Густав Янович. Может быть, Нароков и есть самый верный путь.

Крауминь посоветовал сдать коносаменты на хранение в банковский сейф, а при себе иметь их копии.

ГЛАВА 6

Лазурный берег

Лазурный берег всегда был чем-то вроде международного проходного двора. Скандинавы, греки, голландцы, англичане, сербы, русские, поляки, канадцы, румыны и прочие представители «двунадесяти» библейских народов сменялись с такой калейдоскопической поспешностью, что на новые лица никто не успевал обращать внимание.

Здесь жили люди в чистых рубашках и с грязными душами.

Интересовало одно — деньги. Только они определяли здесь внимание к человеку. О прибытии миллионеров, кинозвезд, знаменитых автогонщиков, титулованных особ наперебой сообщали газеты, газетенки и бульварные листки.