Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Водоем, величаемый Хродгоровым ручьем, являлся, по сути, длиннющей, проточной, глубоководной канавой с заболоченными берегами и мутной, подернутой зеленой ряской водицей. Кто окрестил проточное болотце ручьем, Пелевин не знал, но крепко подозревал, что название выдумал либо какой-то весельчак с сомнительным чувством юмора, либо какой-то полусумасшедший картограф, и то по недомыслию.

Алексей, отправив Полину и ее хвостатую подружку за водой, занялся обустройством лагерной стоянки. Бирюш некоторое время покрутился рядом и, понимая, что помочь хозяину не в силах, отправился присмотреть за неугомонной парочкой.

Проводив лохматого друга язвительным взглядом, траппер даже обрадовался, что на какое-то время остался в одиночестве, но радость оказалась кратковременной."

"Не успел Алексей собрать сушняк для костра, как от протоки донесся оглушительный лай Бирюша, перекрываемый визгом Полины. Выбежав на берег с винтовкой наперевес, он увидал, как небольшой, футов пяти в длину, крокодильчик, ухватившись за подол юбки, пытается утянуть Полину в воду.

Та, уцепившись за какое-то бревно, оглушительно визжала, но захват, способный вызвать зависть и у цирковых борцов, не разжимала. Фея, стоя в воде чуть не по уши, воинственно шипела на рептилию и лихо била той когтями по морде. Естественно безрезультатно. Бирюш, не желая оставаться в стороне, одним рывком запрыгнул на спину крокодила. Тот вывернулся, и пес, не удержавшись на скользкой шкуре, с шумом ухнул в воду. Алексей выстрелил навскидку, но из-за спешки неверно взял прицел, и пуля, едва оцарапав шкуру хищника отрикошетила от чешуи и, противно завывая, ушла вверх.

Передернув затвор и прицелившись чуть тщательней, Пелевин вторым выстрелом вогнал свинец в выпученный глаз крокодила и облегченно выдохнул. Разжав пасть, тварь забилась в конвульсиях и, перевернувшись брюхом вверх, ушла на глубину.

Проводив тонущего врага надменным взглядом, Фея презрительно мявкнула и выпрыгнула из воды. Встряхнув шерстку, она выгнула спинку и с горделивым видом направилась к Полине.

Остановившись подле плачущей хозяйки, кошечка покровительственно промурлыкала, что пока ОНА — великая убийца мокрых ящериц, рядом, той опасаться нечего. Дождавшись пса, она снисходительно фыркнула что-то вроде: «Учись, парень, пока я жива» и стала тщательно наводить красоту. Пелевина она и вовсе проигнорировала. Что с него взять, с мужика? Ма-а-азила, только помещал ей когтями как надо сработать.