Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

На какой-то момент он, уставившись невидящим взглядом куда-то вдаль, ненадолго замер. Очнувшись, вновь еле слышно что-то зашептал, загибая пальцы при подсчете слогов. Через некоторое время он довольно усмехнулся и, неторопливо пробежавшись по струнам, тихонько запел:

И вместо молитв к небесам посылаешь последний патрон —На память о том, кто был честен и смел, но назвался врагом.Ну, вот и закончилась песня и, в общем, закончился бой.Но что же ты грустен, приятель, теперь твоя правда с тобой…— Изрядные вирши, — одобрительно кивнул проходивший мимо офицер из числа недавно прибывших легионеров.

— Немного коряво, но очень даже, я вам скажу, ничего… Ставлю десять против одного, что автором оных являетесь вы.

Лев, не тратя времени на слова, молча кивнул и сосредоточенно тронул струны."

"— Да никак, сударь, вас с первой пережитой стычкой поздравить можно? — понимающе снисходительно улыбнулся докука-ротмистр. — По себе знаю, первая стычка, она…

— Даже не десятая, — зло дернул щекою Лев и, развернув гитарный гриф на манер винтовочного ствола в сторону надоеды, выпалил с чувством:

Это присказка, а не сказка,На войне горе воет волком.

Слово «лирика» здесь опасно,Тот, кто ноет, живет недолго.Не дожидаясь, пока непрошеный гость закроет рот, Лев окинул его цепким взглядом и, проговаривая слова так четко, словно загонял гвозди в гроб оппонента, пропел:

Враг навсегда остается врагом,Не дели с ним хлеб, не зови его в дом,Даже если пока воздух миром запах,Он хотя и спокойный, но все-таки враг.Если он, как и ты, не пропил свою честь,Враг не может быть бывшим, он будет и есть.

Будь же верен, прицел, и не дрогни, рука,Ты погибнешь, когда пожалеешь врага.Незваный критик немного постоял, осмысливая услышанное, и, то ли приняв последний куплет за вежливое пожелание убираться куда подальше, то ли примерив на себя образ песенного врага, вдруг покраснел и раззявил рот, намереваясь сказать какую-нибудь гадость, но не успел.

— Вашбродь! — неожиданно вмешался в намечающуюся перепалку звероподобного вида фельдфебель, отдыхавший неподалеку.

— Там их превосходительство вас до себя кликали. Шли бы вы себе… до штабу, пока неприятностев полной горстью не отхватили…

Неожиданный заступник двусмысленно усмехнулся, цыкнул сквозь зубы на песок и демонстративно, показывая свое богатырское телосложение, потянулся.

— Ходют тут всякие, — презрительно пробормотал старый служака, глядя вслед удаляющемуся скорым шагом офицеру. — Ишо на корабле все уши прожужжал, я, мол, такой-сякой да разэтакий.