Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

На острове еще со времен королевы Висеньи служил мейстер Калипер, вполне бодрый в свои восемьдесят годов, и ему помогали два молодых мейстера. Драконий Камень располагал достаточным количеством воронов; по слову короля они оповестили бы о свадьбе все королевство, но король этого слова не произнес.

Ученые по сей день спорят о причинах его молчания. Не раскаялся ли он в своем поспешном решении, как надеялась королева Алисса? Не обидела ли его чем-нибудь Алисанна? Не убоялся ли он последствий, вспомнив о судьбе Эйегона и Рейены? Не поколебали ли его волю мрачные пророчества септона Маттеуса? Или он попросту, как всякий пятнадцатилетний юнец, сначала сделал, а потом уж задумался, как быть дальше?

В пользу всех этих версий приводилось немало доводов, но в свете того, что нам известно о Джейехерисе Первом сейчас, они малоправдоподобны.

Ни в молодости, ни в старости сей король никогда не поступал необдуманно. Автору этих строк представляется ясным, что Джейехерис ни на миг не раскаялся в своем браке и не намеревался расторгнуть его.

Он избрал свою королеву по велению сердца и хотел известить о том королевство в нужное время – не мальчиком, женившимся вопреки желанию матери, но полноправным правителем.

Отсутствие короля в Красном Замке не прошло незамеченным. Не успел остыть пепел новогоднего костра, как жители Королевской Гавани начали перешептываться. Чтобы пресечь слухи, королева Алисса распространила весть, что его величество предается отдыху и размышлениям на Драконьем Камне, в фамильном замке… но когда король так и не показался, этим озаботились лорды.

Не болен ли он? Не взят ли под стражу по неизвестной причине? До тех пор король постоянно бывал в городе и беседовал с горожанами; внезапное его исчезновение волновало умы.

Алисанне возвращаться ко двору совсем не хотелось. «Здесь ты мой днем и ночью, – говорила она, – а в Красном Замке мне едва ли удастся урвать тебя хоть на час, ибо твоего внимания потребует вся страна». Драконий Камень был для нее идиллией.

«Много лет спустя, состарившись и поседев, мы будем оглядываться на эти дни с улыбкой, вспоминая, как счастливы были здесь».

Джейехерис, несомненно, отчасти разделял ее чувства, но у него были и другие причины не спешить в Красный Замок. Он, в отличие от дяди своего Мейегора, не впадал в безумную ярость, но гнев ему не был чужд; король не мог простить, что его не звали на совет лордов, где решалась его судьба и судьба сестры.