Плохие девочки не плачут. Книга 3 читать онлайн

Ужас отнимал волю капля за каплей, заставлял ощущать себя бесправным животным, загнанным в капкан, стал неотъемлемой частью, въелся в плоть и кровь так, что не вытравишь.

Фон Вейганд не приходил в мою спальню — однозначный плюс.

Явно оформившийся живот несомненно натолкнул бы на подозрения. Сейчас одежда скрывает очевидное. Но как долго сумею протянуть?

Наши отношения замерли на стадии отчуждения — запишем в минус.

Несказанные фразы пожирают робко наметившееся тепло. Эхо незавершенных признаний лишает покоя. Отрывки несыгранных мелодий растворяются в лондонской сырости.

Становится только хуже, страшнее и… холоднее. Приближается зима, настоящая стужа, пробирающая до мелкой дрожи в каждом позвонке. Пронизывающий до костей ледяной ветер приходит, дабы отнять все, что у нас было.

Если было.

***

Уснула? Оглохла? Умерла? Обширное разнообразие опций.

Выстукивая чечетку под дверью леди Блэквелл, я готовилась потерять надежду во второй раз.

В первый раз потеря надежды обозначилась при встрече с консьержем.

«Вряд ли тебя ждут», — кисло протянул внутренний голос, мозг же пытался сгенерировать универсальную ложь.

Понятное дело, саму меня никто не ждал, а вот баронессу Бадовскую заранее включили в особый список. Виртуозное вранье не потребовалось.

Отставить чечетку. Грядут великие дела.

Щелчок замка, и скромную переводчицу пускают в чертоги аристократической обители.

— I didn’t expect you though I hope you will come, (Не ожидала вас, хотя надеялась, вы придете,) — медленно произносит леди Блэквелл.

Спутанные волосы небрежно собраны на бок так, что резко постаревшее лицо полностью открыто пристальному вниманию. Кожа выглядит пергаментной, тонкой и безжизненной, словно готова разойтись по швам от неосторожного прикосновения, а на лбу нервно бьется голубая жилка, запускает обратный отсчет. Бесцветные губы едва ворочаются:

— I am sorry for my looks, (Прошу прощения за мой вид,) — женщина плотнее запахивает легкий шелковый халат, подчеркивающий нездоровую худобу. — Come in. (Проходите.

День удивительно солнечный, сквозь огромные окна в гостиную проникает лучистый свет, с благоговейным трепетом касается строгих очертаний классической деревянной мебели, отражается в зеркалах, задорными искрами рассыпается по чопорным бра и роскошной люстре.

Замечаю богатый ассортимент бутылок на столе, стаканы и бокалы разной формы, ведерко со льдом, хаотично разбросанные упаковки таблеток. Разумеется, не выдаю истинных впечатлений ни словом, ни жестом.