Плохие девочки не плачут. Книга 3 читать онлайн

Нити истины искрят, будто оголённые провода. Выдержит лишь избранный.

Так кто же фон Вейганд?

Кто он для Дианы?

Blodørn.

Лезвие плавно скользит по спине. Мои рёбра рассекают и разводят в стороны, лёгкие извлекают, вытаскивают наружу, чтобы выглядело красиво. Похоже на крылья.

Травматический шок. Пневмоторакс.

Падаю, зависаю в невесомости. Не дышу, горло забивает стальная пыль.

Согласна, викинги знают толк в развлечениях. Прошу любить и жаловать — «кровавый орёл». Всем понравится. Наверное. Посмертно.

— Мы встретились несколько лет назад, нас свёл общий знакомый, — заявляет, разрывая паузу на части.

— Я был заинтригован. Девушка, которой удалось выбраться на волю, выжить вопреки стараниям лорда.

Затягивается и медленно выпускает дым.

— Девушка, которая обладала важной информацией, бесценными данными, — лёгкая улыбка играет на устах, а в тёмных глазах разверзается бездна. — Но возникла проблема.

Крупная ладонь ложится на мою макушку, нежно поглаживает, практически по-отечески. Опускается ниже, зарывается в спутанные пряди, тянет, вынуждая запрокинуть голову назад.

— Когда человек долгое время проводит в плену, ему сложно сбросить кандалы. Тело не скованно, однако разум томится в заточении.

Пальцы неторопливо скользят вдоль подбородка, а потом замирают и сжимают, заставляя дёрнуться. Сигара опять пылает слишком близко.

Безжалостный огонь и льдистая ласка. Грани стираются, плавятся в борьбе необузданных стихий.

Падаю вниз, растворяюсь в обсидиановой черноте.

Я зажата в жестоких руках палача.

Будто в тисках. Вижу собственное отражение и теряюсь в приступе конвульсивной дрожи. Цепенею. Затихаю, охваченная паникой.

Боюсь перевернуть страницу, постичь запретное, прочесть крамольные строки из книги судеб.

— Диана не страдала от ночных кошмаров, не мучилась угрызениями совести. Не каялась в содеянных грехах. А содеять ей пришлось очень многое. Чтобы выбраться из ада, нужно миновать все его круги, — невесомая улыбка тает, превращаясь в оскал. — С чистыми руками выйти не получится.

Только пробивая путь, прогрызая, прокладывая тропу из плоти, крови и костей. Желательно чужих. Каждое испытание оставляет рубец в душе. И знаешь в чём загвоздка?

Нет.

Железная хватка не позволяет шелохнуться.

Господи, нет."

"— На воле старые раны гниют изнутри, — будто выплёвывает. — Окружающий мир почти не изменился, но ты сам никогда не станешь прежним. Никогда не займёшь своё место, не обретёшь покой. Потому что должен был умереть. Уже мёртв.

Боже мой.