Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Усевшись, поднял чашку, словно произнося тост. — Я выполню все ваши требования, леди Джасинда. За нашу свадьбу! — Он помедлил, а потом добавил: — За нашу первую брачную ночь!

Джасинда подавила в себе внутреннюю дрожь, которая сотрясала ее от слов Блекстоука.

Когда Блекстоук покинул Бонклер, начался мелкий дождь, похожий на серую изморось. Погода соответствовала подавленному настроению Джасинды. Она стояла у окна гостиной, наблюдая, как его экипаж исчезает за поворотом.

— Как ты решилась сделать такое? — вслух спросила она себя.

— Как ты можешь выйти замуж за этого человека?

Но что она еще могла сделать? Тристан был мертв. Герцог болен и, возможно, не поправится уже. Не осталось никакого другого пути, чтобы не дать Блекстоуку разорить ее родителей. Но как после желанных прикосновений Тристана она отдаст себя в руки Блекстоуку? Это злой и коварный человек. Теперь она была уверена в этом, как никогда. Ее жизнь превратится в постоянную муку. Может быть, ей именно этого и хотелось. Может быть, ей хотелось быть наказанной за то, что она жива, когда Тристан и Элла, Ида и Спар, когда все остальные мертвы.

Она услышала шорох юбок и отвернулась от окна. В гостиную вошла леди Сандерленд.

— Это отъехал экипаж Блекстоука?

— Да, мама.

— Почему ты не сказала мне, что он здесь, я спустилась бы раньше.

— Я хотела поговорить с ним наедине. Поэтому и попросила приехать так рано.

Леди Сандерленд подняла удивленно брови.

— Ты посылала сама за ним?

— Да. — Ответ Джасинды прозвучал, словно вздох.

Ее силы иссякли. — Мы обсуждали свадьбу.

Мать грациозно присела в кресло, в котором совсем недавно восседал Блекстоук.

— Как замечательно, Джасинда! И когда это будет? Ох, предстоит столько дел! Необходимо перемерить и подогнать твое подвенечное платье — ты стала такой худой, Джасинда. Мы должны пригласить гостей и…"

"Джасинда заткнула уши, чтобы не слышать болтовню матери. Почему она так хочет женить Блекстоука на своей дочери? Девушка смотрела на леди Сандерленд и совершенно неожиданно увидела в своей матери себя через десять лет.

Ее красота поблекнет, обожатели исчезнут. Не останется ничего, кроме нелюбимого мужа и особняка. Ничего, что смогло бы обогреть ее душу. Это была скорбная картина.

Да, решила Джасинда. Отчасти, я для нее выхожу замуж за Блекстоука. А, может быть, для того, чтобы вырваться от нее?

— Джасинда! Ты слышишь меня? Ты снова вся в своих фантазиях! В конце концов, тебе пора прекратить это!

— Нет.