Name: Пояс шахида
Author: Лев Николаевич Пучков

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Боевой робот не реагировал на призыв командира. Он выпал из обстановки и, вообще, выглядел так, словно напоролся на разрушительной силы заклинание древней магии — застыл соляным столбом.

— Вот некстати, — пробормотал свое любимое присловье Антон. — И какой дебил додумался повесить здесь свой дурацкий листок?

«Мо» не является производным от именования мусульманского служителя культа (мулла — это мы так коверкаем, правильно произносится — «молла»), как могут решить для себя некоторые начитанные товарищи. Напомню, что в медресе Сагир Мухаметшин пошел уже после, а музыкальное училище окончил до службы.

Кличку Мо получил по фамилии музыкального гения — Моцарта.

Весной 95-го группа Сыча остановилась на дневку в покореженном войной здании одного из грозненских очагов культуры — то ли музыкального училища, то ли школы искусств: вывески и таблички не сохранились, горело там все помаленьку.

Проверив помещения, пацаны обнаружили достаточно обгоревший, но вполне исправный рояль, и, как это принято в молодом здоровом коллективе, не упустили случая побаловать: битый час наяривали на инструменте двумя пальцами, радуя бойцов соседних блокпостов ужасной какофонией, в которой с переменным успехом угадывались «Чижик-пыжик», «Мурка» и даже гнусные намеки на святое — газмановскую «Путану».

— …Закружило, понесло! Меня — в Чечню, тебя — в валютный бар! — с задором подпевали луженые глотки, обладатели которых временами косились на командира. — В меня стрелял Джохар! А ты свой божий дар! Сменила на ночное ремесло! Ух, сука! Путана, путана, путана…

Командир не препятствовал.

Обосновавшись в уголке, погрел на сухом горючем котелок с водой и, пытаясь соскоблить недельную щетину, рассеянно улыбался. Сектор вроде чистый, два блокпоста рядом, чуть дальше — КПП, можно расслабиться. Любую возможность выпустить пар мирным путем надо приветствовать: на войне, вообще, это — подарок."

"Когда ветераны группы вволю натешились и подумывали уже над рациональным использованием инструмента (костерок запалить да горячей еды сварганить), подошел салага и робко спросил разрешения сыграть.

— А ты умеешь?

— Да немножко…

— Ну, валяй, Татарин, — милостиво разрешили ветераны. — Сделай вещь!

Да, тогда салага носил нормальную для армейского круга кличку, поскольку ничем особым не выделялся, служил совсем мало и проявить себя не успел. Скорее всего, в недалеком будущем эта кличка, ввиду склонности спецов максимально сокращать все длинные слова, трансформировалась бы в «Тата» или «Тать».