Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

"— Какая польза от правды? — пробормотала Эльфвина, внезапно найдя в себе силы и вспомнив слова, которые матушка повторяла достаточно часто.

Сейчас они не принесли утешения. Холод, завораживающий взгляд воина и страх постепенно сковывали тело, как бы она ни пыталась бороться с их воздействием.

— Хорошие слова. — Губы мужчины чуть изогнулись.

Эльфвина ощутила, как внутри ее вспыхивает пламя, крик боли готов рваться наружу.

— Как думаешь, они спасут тебя?

Она впилась глазами в его лицо, пытаясь уловить хоть частички милосердия, но их не было и в помине.

Зато девушка смогла разглядеть черты мужчины, ведь теперь он был совсем близко. Темные волосы, припорошенные снегом, заплетены в косы, чтобы не падали на лицо. Иней на бороде, который норманн, похоже, не замечал. Настороженный взгляд, глаза цвета полуночного неба — такого темного оттенка синего, что ночью кажется черным. Он грозный, беспощадный воин, это очевидно, но он не был отталкивающе груб, как можно было ожидать. Напротив, он заинтриговал ее, она смотрела на него во все глаза.

Движения его были ловкими, несмотря на рост и внушительные размеры, держался он так, как способны совсем не многие мужчины, — уверенный, что мир этот принадлежит ему. Он был столь же великолепен, сколь и ужасен. Эльфвина была полностью в его власти.

Ее мать воспитывали воином, она переняла военную тактику своего отца, короля Альфреда, одержавшего немало побед над норманнами, норвежцами, данами. Этельфледа росла, зная, что настанет день, когда она будет командовать войском, вся ее жизнь была посвящена войне.

Но следовала собственному указу, написанному после того, как впервые за десятилетие брака стала матерью, согласно которому отказывалась рисковать собой впредь, рожая детей.

В сложившейся ситуации она посоветовала бы дочери думать, а не паниковать.

Эльфвине очень не хватало матушки.

К счастью, тревожные месяцы правления, интриг и притворства позади. Но есть дорога, темный лес, полный хищников, и грозный воин. Ничего не изменится, даже если она очень захочет.

Остается лишь молиться. Его не одолеть. Он захватит ее в плен, не обнажая меча. Но она не опозорит себя, дочь госпожи мерсийцев, страхом. Если бы она могла дотянуться до кинжала, если бы не сбежали в панике трусливые солдаты дяди… Спокойная, безопасная жизнь — всего лишь сказки, которые рассказывали ей в детстве у камина. Все это осталось в прошлом, сейчас есть только… она, больше рассчитывать не на кого. Как и всегда.