Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Может быть, его душа начала оттаивать и оттого так нестерпимо болит?

Дейзи оглянулась на репортеров."

"— Они подумают, что я грубиянка, Алекс. Не стоило так быстро уходить.

— Меня совершенно не интересует, что они подумают.

— Это потому, что у тебя высокая самооценка, а у меня, наоборот, очень низкая…

— Не заводись.

Стреноженный у шестов Картофелина, заметив Дейзи, жалобно затрубил.

— Надо пойти пожелать ему спокойной ночи.

Дейзи выскользнула из-под руки Алекса и побежала к слоненку. Она прижалась к нему щекой, а Картофелина обнял ее хоботом.

Алексу стоило большого труда не вырвать жену из этих объятий, пока слоненок не переломал ей кости от избытка чувств. Нужна кошка, вдруг осенило Маркова. Надо купить ей домашнюю кошку и остричь ей когти, чтобы не царапалась.

Правда, зная Дейзи, нельзя было поручиться за то, что она не боится и домашних кошек.

Оторвавшись наконец от слоненка, Дейзи последовала за Алексом в трейлер.

Расстегнув костюм, она присела на краешек кровати.

— Начинай ругаться. Я же знаю, ты с утра собираешься это сделать.

Никогда еще Алекс не видел свою жену такой несчастной и ) покинутой. Почему она всегда думает о нем плохо? Сердце подсказывало ему быть помягче, но ум говорил и диктовал другое — надо мучить ее и преподавать назидательные уроки, которые она никогда не забудет. Цирк полон опасное! ей, и его долг уберечь Дейзи от них.

Пока Алекс собирался с мыслями, она посмотрела на него своими фиалковыми глазами, в которых отразилась неподдельная мировая скорбь.

— Я не могла позволить тебе убить его. Просто не могла.

Его добрые намерения мгновенно испарились.

— Я знаю.

Он присел рядом с ней и, вытащив из ее волос солому, с трудом заговорил:

— Ты сегодня совершила самый мужественный поступок, какой я только видел.

— И самый глупый. Скажи, не стесняйся.

— И глупый тоже. — Он осторожно убрал с ее щеки прядку темных волос. Взглянув в ее вскинутое лицо, Алекс понял, что тронут до глубины души. — Когда я впервые с тобой познакомился, то видел перед собой лишь богатую, развращенную девчонку, слишком, к сожалению, красивую.

Как он и думал, Дейзи энергично покачала головой.

— Я некрасивая. Вот моя мать…

— Я знаю, твоя мать была сногсшибательной, а ты — уродина. — Он улыбнулся. — Должен тебя огорчить, но я смотрю на это по-другому.

— Это потому, что ты ее никогда не видел.

Дейзи говорила с такой серьезной убежденностью, что Алекс чуть не рассмеялся.