Принцесса на Кириешках читать онлайн

Родители были большими учеными, их хорошо знали западные коллеги. Дивное дело, но их, евреев по национальности, спокойно выпускали за рубеж на всякие конгрессы, слишком велик был авторитет Миано в мире, к тому же на примере этой семьи советское правительство демонстрировало лояльность по отношению к другим нациям. Если в западной прессе тех лет начинался гвалт с рефреном: «В СССР притесняют евреев», то моментально появлялась статья в «Правде», отвечавшая оппонентам: все враки, у нас сплошной интернационализм. Вот, например, Миано! Кто им противодействует? Ездят по всему миру.

К слову сказать, и Эсфирь Леопольдовна, и Яков Аронович имели партбилеты, никаких мыслей убежать на Запад в голове не держали, хотя такие предложения получали. Им сулили лаборатории, бешеные заработки, загородные виллы, автомобили… В ответ ученые лишь улыбались и возвращались на Родину.

Костя и Юра тесно дружили, несмотря на разницу в возрасте. Их отношения слегка охладели, когда Константин женился на Сарочке. Девушка вроде бы идеально вписывалась в семью: тоже еврейка, будущий врач, воспитанная, умеющая себя подать, интересная внешне.

– Очень уж она нетерпимая, резкая, бескомпромиссная, Костику с ней тяжело. Скажет – как отрубит. Примет решение, с места не сдвинешь. Суровая девушка. Хотелось бы кого-нибудь поласковей.

Потом Юриной маме дали квартиру, и Белявские уехали на окраину Москвы. Миано остались в центре. Дружба не прервалась, но видеться парни стали намного реже.

Юра бросился к телефону и услышал голос Сарочки.

– Алло! – нервно воскликнула жена друга.

– Привет, как дела? – спросил Юра.

– Твоими молитвами, – ответила Сара.

Это было вполне в ее духе отбрить собеседника по полной программе.

– Как Костик? – Юра решил не обращать внимание на вздорную бабу.

– Не знаю, – проронила Сара, – но предполагаю, что прекрасно.

Похоже, у жены приятеля было на редкость гадкое настроение.

– Он дома? – не успокаивался Юра.

– Нет.

– А Эсфирь Леопольдовна?

– Нет.

– А когда будут?

– Никогда.

По Юриной спине прошел озноб.

– Не понял, – пробормотал он.