Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Ну теперь ни один козел не пролезет, – довольно пробормотал я себе под нос.

– Козел? – переспросил Костя, жуя сорванную травинку.

– Да заглянул тут один рогатый. Напугал меня до чертиков.

– Козлов-то чего бояться? – усмехнулся он, но, возможно вспомнив, что я городской, быстро добавил: – Хотя с непривычки и правда страшно, наверное. Но хотя бы не свиньи.

– А что, свиньи страшнее? – спросил я, чувствуя мурашки на пояснице.

– Противнее. Они же, если залезут, все на своем пути рылом перепашут. К нам как-то на картофельный огород одна пожаловала, мы только картошку посадили.

Подчистую все сожрала, пришлось быстро латать забор и повторно все засаживать.

– Паршиво.

– Ага. Зато урок мне на всю жизнь, что вовремя нужно следить за хозяйством.

Костя открыл трехлитровую банку компота, которую принесла нам бабушка, и отпил.

– Дров бы на зиму заготовить, – напившись, сказал он. – Ты не спрашивал у Анны Петровны, когда она собирается покупать машину?

– Машину? Бабушка?

– Машину дров, Слав, – хмыкнул он.

– Расколоть их надо будет и перетаскать в дровник. Пока ты в город не уехал, займись этим. А то потом Анне Петровне придется нанимать работяг, а пенсия-то небольшая.

– Хорошо, так и сделаю."

"Костя ушел, оставив меня в раздумьях. Я же ничего вообще не смыслил в деревенской жизни. У бабушки в доме была проведена вода, но некоторые деревенские ходили на колонку, я сам видел. Многим приходилось заготавливать на зиму дрова, корм для скотины, убирать за ней. Такая работа отнимала много времени и сил, но сейчас именно это мне и нужно было.

Я хотел бы иногда отвлекаться от мыслей о проклятии Гнезда и был рад помочь бабушке.

При мысли, что труд стал для меня своеобразным отдыхом, я усмехнулся и все же немного повеселел. И от меня будет какая-то польза бабушке. Засыпал я с приятной тяжестью в мышцах и мыслями о колке дров.

* * *Я почувствовал жжение в глазах и резко их распахнул. Казалось, будто на меня вылили целый баллон с перцовой жидкостью. Кожа зудела, слезы мешали видеть то, что творится вокруг.

Я потянулся к единственному источнику света в комнате, но он вдруг отскочил от меня, завибрировал, заметался по спальне и вылетел на улицу прямо через окно. Стекло в раме при этом осталось нетронутым.

Первым делом я заглянул в гостиную и позвал бабушку, но ее диван пустовал. Вариантов, куда она могла пойти в три часа ночи, у меня не нашлось. Растерявшись оттого, что остался один в доме, стал звать ее. Прошел на кухню, выглянул в сени, но тщетно.