Name: Пробуждение
Author: Лиза Джейн Смит

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Стал охотником, обреченным вечно гоняться за самим собой, вором, похищающим жизнь, чтобы наполнить свои вены.

И, очень даже возможно, убийцей. Хотя нет. Они сказали, что Викки умереть не должна. Зато следующая жертва Стефана вполне может покинуть этот мир. Самым худшим в этом последнем нападении было то, что Стефан ровным счетом ничего о нем не помнил. Он помнил только слабость, всеподавляющую потребность. Еще помнил, как проковылял через дверной проход в церковь, но больше ничего. Стефан пришел в себя, лишь когда крики Елены зазвенели у него в ушах.

Тогда он просто бросился к ней, не подумав о том, что произошло чуть ранее.

Елена… На мгновение Стефан ощутил прилив чистой радости и благоговения, забывая обо всем остальном. Елена, теплая как солнечный свет, нежная как раннее утро, но словно со стальным стержнем внутри, который невозможно сломать. Она была как огонь, горящий во льду, как острое лезвие серебряного кинжала.

Но было ли у Стефана право любить ее? Само его чувство к Елене ставило ее под угрозу. Что, если в следующий раз, когда потребность овладеет им, Елена окажется в непосредственной близости и покажется ему всего лишь живым сосудом, полным теплой, обновляющейся крови?

«Я умру, прежде чем ее коснусь, – подумал Стефан, давая себе зарок.

– Я умру от жажды, прежде чем вскрою ее вены. Клянусь, Елена никогда не узнает даже малую толику моей тайны. Она никогда не откажется от солнечного света ради меня».

Небо впереди уже светлело. Но прежде чем уехать, Стефан послал призыв, полный всей имевшейся у него Силы и стоящей за ней боли, в попытке найти другую Силу, которая могла оказаться поблизости.

Он надеялся найти подтверждение другой версии произошедшего в церкви.

Но он не дождался ни единого намека на ответ. Кладбище своим молчанием словно насмехалось над ним.

* * *Елена проснулась, когда солнце уже вовсю светило в окно. И сразу же почувствовала себя так, словно только что выздоровела после долгого гриппа или, словно это было утро Рождества.

Мысли смешались, когда Елена села на кровати.

Охх. У нее все болело. Но они со Стефаном… они же ничего такого не делали. Этот пьяный подонок Тайлер… Впрочем, Тайлер уже не имел никакого значения.

Ничто не имело значения, кроме любви Стефана к ней.

Елена спустилась вниз в ночной сорочке, понимая, что солнце косо светит в окна и что она, должно быть, проснулась очень поздно.

Тетя Джудит и Маргарет сидели в гостиной.

– Доброе утро, тетя Джудит. – Елена крепко обняла удивленную тетю. – Доброе утро, тыква.