Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А потом она вдруг почувствует усталость, и принц велит отвести ее в свадебный шатер, а когда он придет к ней, чтобы вкусить ее прелестей, невеста будет мертва.

Шамиля усмехнулась. Сделать это было так просто, что она мысленно отругала себя за то, что не додумалась до такого очевидного решения раньше. Золотая Птичка бледна и слаба, разве может подобное бледное создание прожить долго? Конечно, принц может пригласить своего личного врача, но этого Шамиля не боялась. Али-баши был ее двоюродным братом, и именно ей, Шамиле, он был обязан такой почитаемой должностью.

Али-баши не был так наивен, чтобы не понимать, от кого зависит его благополучие. Стоит только шепнуть словечко доктору, и он найдет естественное объяснение смерти невесты из северной страны.

Снаружи донеслись голоса, и Шамиля быстро спрятала пузырек с ядом за пояс своих широких шаровар. Опустив вуаль, закрывавшую нижнюю часть ее лица, она быстро взяла корзину и поспешила к двери.

Шамиля нисколько не удивилась, когда, откинув полог, в шатер вошел Рук.

— Ты слишком долго копаешься, Шамиля, — упрекнул ее могучий араб.

— Не должно спешить, когда дело идет о подготовке к свадьбе досточтимой невесты великого принца, — покорно склонив голову, ответила женщина.

Она хотела было проскользнуть мимо Рука к выходу, но визирь отступил, загородив ей проход.

— Твой тихий голос и кажущаяся покорность не обманут меня, Шамиля. Ты недовольна тем, что Ари-паша берет сегодня в жены новую красавицу.

Глаза брюнетки блеснули, но голос остался все тем же — мелодичным и ровным.

— То, что хорошо для моего супруга, хорошо и для меня.

Рук рассмеялся глубоким гортанным смехом.

— Принц может верить твоим речам, столь сладким, сколь и лживым, Шамиля, но я не такой, как он. Седьмой жене нет дела до принца. Она блюдет свой интерес. Так было всегда, так остается и поныне.

— А ты, Рук, — осмелилась спросить Шамиля, — ты чьи интересы защищаешь?

— Моего принца.

— И совсем не думаешь о своих? — удивленно воскликнула она. — Скажи мне, визирь, что, по-твоему, станет с первым советником принца, когда у нашего господина появится восьмая жена? Ты же сам видел, как внезапно все изменилось к худшему в нашем королевстве, когда султан Фазис пригрел на своей груди английских пастырей.

— Они околдовали султана. Он стал говорить на их языке и думать их мыслями, но когда великий султан отойдет в мир иной, Ари-паша выгонит неверных вон, потому что он смотрит на жизнь своими глазами, а не глазами отца.