Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Почему жадно, с волнением ловит каждое слово? Она с таким трудом сбежала от ненавистного мужа и вовсе не собиралась к нему возвращаться. Или всё-таки… собиралась? Как же она устала! Не могла больше здесь находиться! Ни минуты! Ни секунды!

Сумерки перетекали в ночь. Алая полоса заката на горизонте сделалась тонкой, едва различимой. Лицо дьяволицы скрылось в тени. Ярко горели красные глаза.

— Конфликт исчерпан. Ты можешь вернуться, если захочешь. Но знай: Аилин просто так тебя не отпустит. Души, попавшие к этим фанатикам, либо перерождаются, либо остаются в Ордене на веки вечные.

Ни Велар, ни я вызволить тебя отсюда не в силах. Только ты сама.

— Но как?

В лицо хлестнул порыв ветра: Махаллат распахнула крылья. Теперь слова доносились сверху:

— Контракт.

Ева задрала голову, до боли всматриваясь в ночное небо.

Голос удалялся:

— Снова заключи с Веларом контракт. Орден сам тебя выгонит.

* * *Когда-то, в школьные годы, она поддалась массовой истерии и по примеру одноклассниц пыталась перекроить внешность.

Вставала перед зеркалом, оттягивала пальцами кожу на животе и ненавидела себя за каждую складку. Какой неимоверной глупостью казалось это теперь! Сейчас, израненная, униженная, мёртвая от усталости, Ева готова была молиться на своё тело. Несовершенное, слишком большое или слишком маленькое — какое угодно, оно оставалось единственной ниточкой, связывающей Еву с миром людей. В отличие от других пленников в Ордене, она не была бесплотным духом и теоретически могла вернуться домой, на Землю.

Если верить Махаллат, никто не ждал её там, чтобы учинить кровавую расправу.

Всю ночь Ева обдумывала слова дьяволицы, а утром отказалась работать, пока её не отведут во дворец, к верховной богине. За встречу с Аилин она заплатила тремя кровавыми отметина от кнута на спине. И всё ради того, чтобы убедиться: Махаллат не солгала. Орден не собирался её отпускать. Жрица Света выставила Еву за дверь, ничего не объяснив.

Потрясённая пленница вернулась в барак и упала на грязный пол.

Воя от злости, принялась изо всех сил молотить по доскам. Какое право они имеют держать её здесь? Какой смысл в этом искупительном пути, если её душа всё равно не перевоплотится? А избавление было так близко! На короткий миг она и правда поверила, что мучения скоро закончатся.

Снаружи слышался свист кнута, рассекающего воздух и землю рядом с вереницей людей, сгорбленных под тяжестью своих нош. Чьи-то тихие стоны боли.