Я - твое наказание читать онлайн

Ванная, совмещенная с туалетом — вот где предел моего удивления. Она прозрачная. Вся!

Присаживаюсь на кровать и поворачиваюсь к этому безобразию. Нормальные такие виды на унитаз и душевую. Какать при ком-то мне еще не доводилось. Это что за извращение? Так и вижу, как Вадим лежит на кровати и смотрит, как я делаю свои делишки. Офигеть.

— Ну что ж, кажется, мы станем ближе раньше, чем я думала. Уже сегодня.

— Ух ты. Неожиданно. Я ставил на третий день.

— Да прям. Так долго я не выдержу. Я боюсь, что мы начнем сближаться вот прям максимум через час.

— Не получится, малыш. У нас театр через два часа.

— Зачем нам театр, если у нас есть собственный срамфитеатр?

— Ты о чем?

— Да так.

И как назло, через двадцать минут мой мочевой пузырь начинает намекать о фаянсовом товарище. Кошусь то на срамфитеатр, то на Вадима, переодевающего рубашку. И что делать?

— Я, кажется, оставила телефон на ресепшене. Ты не мог бы за ним сходить?

— Давай сначала позвоним.

— А у меня на беззвучном. Сходишь?

— Хорошо.

Да не очень-то и хорошо. Как только за Вадимом закрывается дверь, я влетаю в ванную и сажусь на унитаз. Однако не успеваю ничего сделать, Даровский тут же возвращается в номер. Кажется, сейчас от страха я уже хочу по большому.

— Это не то, что ты подумал. Я просто… просто решила узнать, какая тут сидушка на унитазе, — свожу ноги вместе. Боже, какой позор.

— А я решил проверить твою сумку. Мало ли телефон все же там.

— Да, он там. И да, я тебя послала специально. Ну не могла я при тебе это делать! И вообще…чтобы при мне тоже ничего такого не делал! Я не хочу так сближаться.

— Так-то я тоже не мечтал при тебе испражняться.

А дальше происходит то, чего я уж точно не ожидала. Даровский нажимает на какие-то кнопки и со всех сторон съезжают шторки, полностью закрывая этот срамной уголок от чужих глаз.

Ну что ж, теперь точно на моих щеках можно жарить яичницу.

— Ну… не такой уж ты и извращенец.

Глава 21

Вот что надо курить или нюхать, чтобы такое нарисовать? Где бы я ни родилась, и сколько бы мне ни прививали любовь к современному искусству, это навсегда останется для меня мазней под чем-то запрещенным.