Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Все скелеты вывалились на мою бедную блондинистую голову, — грустно усмехнулась я. — И каждый скелет протягивает костлявые пальцы и шипит: 'Ну что, допрыгалась? Какие тебе ещё нужны факты?»

Молодец, муж, хорошо устроился: здесь — жена, там — любовница, вернее наоборот — жена далеко, а любовница рядом.

А, главное, нет никаких проблем, кроме одной — получить новую должность. Потому и решил усыпить мою бдительность, энергично показывая бурную любовь ко мне и снисходительное проявление доброты к детям.

Что Кир любил работу, я знала всегда, любил самозабвенно, вдохновенно, вот только никогда не замечала его меркантильных желаний.

В плане карьеры — не могу спорить, да, он стремился подняться на ступеньку выше, я бы назвала такое желание здоровым карьеризмом. Да и кто из солдат не мечтает стать генералом?

А, может, просто не хотела замечать очевидного? И на кону у Кира не желание повысить самооценку и навести в подразделении порядок, а стремление повелевать подчинёнными, командовать ими, унижать неугодных и младших по должности?

Что я знала о службе Кира? Так единичные факты.

Слышала какие-то обрывки телефонных фраз и почти не общалась с его сослуживцами.

В последнее время они вообще перестали ему звонить, даже не поздравляли с Новым годом. Теперь понятно почему. Он просто от них отдалился. Как же! Будущий начальник им не пара — знайте своё ничтожное место, мерзкие рабы!

Но обиднее всего было оттого, что у Кира действительно была любовница, не зря я подозревала Огурцову — всё так и получилось.

Ну что ж, можно похвалить себя за проницательность, за то, что научилась хорошо разбираться в людях. Всё-таки творческие люди видят и замечают многое из того, на что другие не обращают внимания.

А Киру можно позавидовать — такой харизматичный, самоуверенный индивид с незамутнённым сознанием и самоочищающейся совестью.

Действительно, мне бы так: увидела самца, завела с ним отношения, чтобы периодично сбрасывать напряжение, а иногда беседовать о светлом, добром и прекрасном, с мужем-то о картинах-спектаклях-фильмах точно не поговоришь.

А что? Думать не надо, анализировать тоже, р-раз, получила удовольствие — и пошла домой, не устраивая анализа, не рефлексируя, не мучаясь угрызениями совести. Хорошо! Просто отлично!

Часа через два таких рассуждений, я чувствовала себя совершенно опустошенной и полумёртвой.

«Надо залезть в душ и смыть с себя этот страшный вечер», — приказала себе.