Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

До сих пор боль от потери ребёнка терзает меня, разрывая душу в клочья.

Тея думала, что я буду ненавидеть её за это, но её вины в этом абсолютно никакой нет. Но почему-то нисколько не сомневаюсь, что виновата в этом её сестра.

Поднялся на свой этаж, достал из кармана ключи и без промедления открыл дверь в квартиру, где я жил вместе с этой ведьмой, которую по-другому не назовёшь. Как так можно поступить с родной сестрой… До сих пор не могу в это во всё поверить.

В квартире работал телевизор, это значило, что Тата дома.

И это как раз мне на руку. Не разуваясь, направился в гостиную, откуда шёл шум. Оставаться надолго здесь не собирался. Жену нашёл на диване. Она смотрела какую-то передачу — не обратил на это никакого внимания. Собственно, как и сама девушка, что в комнате кто-то находится помимо неё.

Прокашлялся, давая понять, что она не одна. Вижу, как Тата вздрагивает и медленно поворачивается в мою сторону. Её глаза расширяются от увиденного. Ну да, я, конечно, не в лучшей форме после операции, и, говоря откровенно, мне неизвестно, выстою ли на ринге, но свою слабость не дам увидеть.

Особенно этой женщине, что недостойна в этой жизни ничего. Совершено ничего, даже уважения к ней как к женщине.

Если бы она была мужиком, то я бы врезал ей — и не один раз. Но она девушка, женщина, а я мужчина и женщин не бью, как бы ни хотелось задушить её прямо сейчас, стоит только вспомнить всё то, что вчера рассказала мне Тея. Отчего по моей коже пробегает озноб, а мне, кажется, всё сложнее себя контролировать.

Злость, ярость поднимается из недр моей души, заполняя всего меня. Как же хочется сейчас её придушить. Не оставить от неё ничего, но вместо этого я просто сжимаю руки в карманах в кулаки и тяжело дышу, пытаясь успокоиться. Ни к чему всё это. Она всё равно не поймёт всего, потому что думает только о себе и ни о ком другом.

Даже меня забрала, думая, что со временем я её полюблю, и у нас с ней всё будет хорошо. Как говорится, будем жить долго и счастливо. Вот только не в этой жизни. Собственно, и ни в какой другой.

Только с моей малышкой. С моей любимой Ласточкой. Ангелом, ради которой я живу и дышу в этой жизни. Только благодаря ей я держусь, стою на ногах.

— Ну, что же ты молчишь? Что, не рада любимому мужу, который раньше приехал из командировки? — ухмыляюсь, и Тата ещё больше удивляется моему тону, который вдруг изменился, став приторно-сладким, от которого зубы сводит.

— Я… — заикается, но с места не сдвигается, продолжая всё так же смотреть на меня.