Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Не то чтобы Лорд вызывал у меня антипатию, но так же, как, едва познакомившись с Лаксом и Фалем, я поняла – вот они – мои, так и посидев пару минут рядом с магом, осознала – он чужой. Пусть довольно милый, одинокий и радующийся встрече с коллегой, но все равно чужой и своим никогда не станет. Слишком отстранен от жизни, словно нарочно пытается как можно меньше соприкасаться с людьми, вроде бы не хамит, даже не слишком надменничает, но всем своим видом дает понять, что он неизмеримо выше.

Хоть к людям его и влечет, наверное, как человека могло бы тянуть к пушистым щенкам и котятам: забавные комочки, умилительные мордочки, как с такими не поиграть, может, даже полечить заболевшую лапку или животик, но только когда ничем другим руки и голова не заняты. Лорд будто бы был тут, в трактире и в то же время находился гдето очень далеко. Люди видели в нем мага, но подойти или попросить о чемто, как, допустим, меня в Кочках, явно побаивались.

Впрочем, может быть, так и надо держать марку? Тот, кому действительно надо, решится и через свой благоговейный ужас переступит, а по пустякам беспокоить не станут.

– Магева! – к нашему столу пробрался через заднюю дверь белый как мел парнишкаконюх, оглянулся, будто проверяя, нет ли за ним слежки, и, нагнувшись к самому уху, панически громко зашептал: – Ваш жеребец человека убил! Что делатьто?

– Быть такого не может, – не слишком уверенно заявила я, вспоминая финты коня под чужим наездником.

– Если только какойто болван на нем прокатиться задумал или увести?

– Неээ, – замотал головой паренек с такой силой, что я испугалась за сохранность его позвоночника. – Мы с утра пришли корма подбросить, а он, торговец, то есть постоялец наш, лежит не двигается!

– Пошли покажешь, – скорбно вздохнула я и поднялась изза стола.

Оставалось радоваться только тому, что живот почти пуст. Никогда раньше настоящих покойников, не своей смертью ушедших, вблизи не видела, вдруг оскандалюсь? Не то чтобы боялась или всеми силами старалась этих зрелищ избегать, просто не доводилось.

Словом, глазеть на труп мне не хотелось совершенно, никогда не понимала странных типов, жадных до зрелищ такого рода. Мне острых ощущений хватало и без жмуриков, вон, в любой день и любой час по ТВ можно ужастик по вкусу отыскать, сиди да любуйся, если подрожать для разрядки охота.