Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

По крайней мере, выглядел он именно так: высокий, статный, неожиданно молодой (особенно для отца шестерых детей, трое из которых были выше меня едва ли не на полголовы) и с какой-то невероятной энергетикой, которая заставляла окружающих слушаться его беспрекословно. Уже на второй минуте знакомства я была готова вывернуться наизнанку, лишь бы не разочаровать его. Это была какая-то дикая смесь из страха и обожания. Я смотрела на взрослую версию Стаса и буквально дышать не могла от переполнявших меня эмоций. Впрочем, часть переживаний всё же принадлежала Роме, который сидел на диване вплотную рядом со мной.

Как несложно догадаться, всю беседу с адвокатом Черновым я просидела красная аки помидор, боясь лишний раз пошевелиться.

Он приехал поразительно быстро, словно только и ждал звонка от Ромы. Переступив порог нашей квартиры, окинул цепким взглядом всю честную компанию, должно быть пересчитав количество своих отпрысков на один квадратный метр и оставшись удовлетворенным их общим состоянием. Лишь на Стасе он едва заметно изогнул бровь, явно удивлённый плачевным видом его футболки, но как-либо комментировать сотворённый мной беспредел он не стал.

Затем Александр Дмитриевич взглянул на меня, изо всех сил старавшуюся слиться с обоями, и, убедившись, что никто из нас помирать не собирается, со вздохом попросил:

— Роман, будь в следующий раз более точным в своих формулировках.

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер, — ничуть не смутившись, в тон ему ответил Роман.

В итоге мы все расположились в моей комнате.

Я не переставала радоваться тому факту, что успела навести здесь порядок ещё до того, как моя комната превратилась в проходной двор. Знание, что пол под моим диваном чистый, реально так успокаивало. Понимаете, когда вы живёте на грани нищеты, только наличие чистых полов удерживает вас от окончательной утраты личного достоинства.

Наши четыре тушки уместились на диване, благо что мы с Ромой, напоминающие двух скелетов, занимали мало места. Отец-Чернов, скрестив руки на груди и нахмурив тёмные брови, предпочитал возвышаться над нами, таким образом подавляя в нас всякое желание врать и выкручиваться.

Одетый в джинсы и чёрную кожаную куртку, Александр Дмитриевич производил неизгладимое впечатление. Если Рома и Стас выглядели просто мажорами со всеми своими брендовыми шмотками (сказать так про Дамира не поворачивался язык, хотя он абсолютно точно одевался в тех же магазинах), то их отец наводил на мысли о статусности, уверенности и… надёжности.