Служанка-леди читать онлайн

Тихий, хриплый смех Эрсанна, и пальцы исчезли, а в уже готовое местечко осторожно проник горячий, напряженный член. Ууууууу, я замерла, переваривая ощущения, привыкая. Дыхание стало прерывистым, неровным, и… я медленно-медленно открыла глаза, встретившись с потемневшим, полным огня, взглядом Лореса. Утонула, растворилась в ответной страсти, восторг затопил с головой от острого осознания, что — все. Теперь полностью принадлежу им, обоим сразу. И буду принадлежать, до конца жизни. Лор мягко улыбнулся, чуть отстранил, а Эрсанн обнял сильнее, прижав к себе, плавным движением проникнув дальше, его рука скользнула между нами, погладила живот и спустилась ниже.

Туда, где чуть раньше побывали мои пальчики.

— Яна, Яночка, сладкая моя… — хрипло выдохнул старший Морвейн, и сердце зашлось от этих слов в бешеном перестуке, отбивая ребра и лишая возможности нормально дышать.

О, даааааа, даааа. Нежное прикосновение и одновременно движение обоих, потрясающее ощущение наполненности, от которого захватывало дух и хотелось кричать в голос.

И я кричала… Не стесняясь, не боясь выражать охвативший восторг, подстраиваясь под непривычный пока ритм, и стремительно уносясь к волшебным берегам, где царило наслаждение. Это… слов не хватало передать все, что я испытывала. Благодаря ли умению Морвейнов или моей проснувшейся чувственности, или тому, что я наконец-то занималась любовью с любимыми мужчинами, не знаю. Но так хорошо мне еще не было, в прошлой жизни точно. Таких ярких, всепоглощающих эмоций на грани, такой радуги ощущений, переживаний. Когда чувствуешь себя единым целым, когда происходящее кажется единственно правильным. Прерывистое дыхание звучало музыкой в ушах, горячие прикосновения отдавались в каждой клеточке вспышками маленьких солнц, а внизу живота раскрывался жаркий цветок, обнимавший обжигающими лепестками. Ощущение стремительного полета в никуда, в бездонную пропасть, до краев наполненную наслаждением. И — волнующие, проникающие до самых глубин, движения, резкие, даже болезненные. В этом вся прелесть, в этом переплетении запретного и знакомого, четыре руки вместо двух, прикасающиеся везде, где надо, где хочется. Лихорадочный шепот, ласковые, безумно нежные слова, поцелуи, и реальность отступает, растворяется. Есть только мы трое, наша страсть, наше разделенное на троих удовольствие, которое взрывается сверхновой, осыпает сотней горячих искр, и я слышу собственный протяжный стон, который захлебывается, обрывается от очередного поцелуя.