Снег на кедрах читать онлайн

Белый человек стремится прочь от подобных себе, цепляется за свою исключительность; мы же стремимся к единению с всеобъемлющей жизнью. Вот они, Хацуэ, два разных пути – путь хакудзина и путь японца.

– Эти люди, которые стремятся к единению со всеобъемлющей жизнью, разбомбили Пёрл-Харбор, – возразила Хацуэ. – Если они готовы склонить голову и согнуться в поклоне, зачем же пытаются захватить другие страны? Я не принадлежу им, – сказала она. – Я принадлежу этой стране, я отсюда.

– Да, здесь ты родилась, – ответила ей мать.

 – Но по крови все равно японка.

– Я не хочу! – воскликнула Хацуэ. – Не хочу иметь с ними ничего общего! Не хочу быть японкой!

Фудзико в ответ кивнула.

– Настали трудные времена, – сказала она. – Никто теперь не понимает, кто он и что он. Все путано и туманно. И все же не говори того, о чем потом будешь сожалеть. Не говори того, чего нет в твоей душе или что поселилось в ней временно. Впрочем, ты и сама знаешь – лучше всего молчать.

"

"И Хацуэ сразу же увидела ее правоту. Мать оставалась такой спокойной, такой невозмутимой; в ее словах чувствовалась сила правды. Хацуэ замолчала, устыдившись самой себя. Ей ли говорить о своих ощущениях? Они оставались загадкой – Хацуэ одновременно ощущала тысячу вещей и не в состоянии была распутать этот клубок, чтобы что-то понять и донести это понимание до других. Да, мать права – лучше всего молчать. Что-что, а это она понимала.

– Знаешь, Хацуэ, – продолжала мать, – жизнь среди хакудзинов запятнала тебя, твоя душа потеряла чистоту.

И я вижу это каждый день. По тебе всегда видно. Как будто душу поглотил туман и проступает тенью на твоем лице, когда ты не следишь за его выражением. Это видно из твоего стремления уйти в лес и бродить там. Мне не все ясно, но я вижу, что ежедневное общение с белыми запятнало тебя. Я не говорю, чтобы ты вообще прекратила с ними общаться, нет. Ты должна жить в этом мире, мире хакудзинов, должна научиться жить в нем, ходить в их школу. Но в то же время ты не должна позволять своей жизни переплетаться с их жизнью. Иначе твоя душа разрушится. Сгниет, испортится нечто очень важное. Тебе восемнадцать, ты уже взрослая, и я не могу больше сопровождать тебя повсюду. Скоро ты заживешь своей жизнью и, я надеюсь, сохранишь свою душу в чистоте и всегда будешь помнить о том, кто ты есть.

Хацуэ поняла, что обман раскрыт.