Средний возраст читать онлайн

«В повести под названием «Развилка, устланная цветами», — рассказывал Фэн Цзицай, — я впервые в современной китайской литературе осмелился выступить против хунвэйбиновщины и описать внутренний мир мальчишек и девчонок, присвоивших себе это звание». Это повесть об обманутом левыми демагогами поколении, о девушке Байхуэй, которая участвует в избиении незнакомой ей учительницы. Учительница умирает, а девушка начинает терзаться сомнениями. Потом судьба сталкивает ее с хорошим парнем. Он вытащил из воды тонувшую Байхуэй и, простудившись, заболел воспалением легких.

Девушка ухаживает за ним и однажды, когда между ними уже возникла любовь, видит фотографию его погибшей матери — той самой учительницы, которую она в диком исступлении вместе с другими школьниками била прикладом деревянного ружья. Фэн Цзицай воссоздал не столько внешнюю сторону событий, сколько то, что думали и чувствовали непосредственные их участники — мальчишки и девчонки, еще не окончившие курса средней школы, но по указке свыше получившие право судить честных коммунистов, вершить самосуд. После чтения этого произведения Фэн Цзицая в памяти остаются не только сложные переживания героев, но и мелкие детали, которые мог подметить только очевидец.

Действие повести кончается радостным для героев днем — днем ареста пресловутой «банды четырех». Когда повзрослевшая за годы «культурной революции» героиня узнает об этом и понимает, каким жестоким обманом была вся эта страшная «игра» в хунвэйбинов, она решает покончить жизнь самоубийством.

После «Развилки, устланной цветами» Фэн Цзицай создал повесть с необычным названием «А!». Это восклицание, выражающее изумление. В русском переводе она печатается под названием «Крик». Герой повести историк У Чжунъи, поначалу эдакий счастливчик, которого не затрагивают сменяющие одна другую проработочные кампании, вдруг в результате собственной оплошности оказывается в самом центре проводимой в Институте истории очередной вспышки «борьбы и критики». Как рассказывает Фэн Цзицай, вся эта история — плод его творческой фантазии, но события описаны столь выпукло и достоверно потому, что перед его глазами стояли десятки подобных историй и судеб китайских интеллигентов, собственный опыт. Как справедливо заметил китайский критик Ся Канда, герой повести — осторожный и осмотрительный человек, давно превратившийся, как говорится, в «птицу, которая вздрагивает при одном виде лука».