Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

То и дело поступали жалобы или просьбы от всех подряд – от аристократов до простых фермеров, лишившихся крова и средств к пропитанию. И пусть часть дел, связанных с сиротами, взяла на себя леди Лотта, часть, касающихся военной сферы – уже вставший на ноги Бернард, слишком много оставалось того, что могла решить только я.

Я не желала ничего решать. Без Люка все это не имело смысла. Но накануне, ранним утром, когда горло еще болело от рыданий у открытого окна, а руки тряслись, я подумала, что не хочу, чтобы мое бездействие бросало тень на его память, – и до завтрака спустилась в его кабинет, и открыла первое из писем.

Были еще и разговоры с Майки Доулсоном: старая элита Виндерса, затихшая было на короткое время после смещения мэра, вновь оживилась и принялась интриговать. Майки, выразивший мне сочувствие с чопорностью, за которой чувствовалось настоящее потрясение, далее многословно извинялся и просил моего позволения на суровые меры – увольнения части чиновников и полицейских начальников, которые закрывали глаза на наживу на продуктах, и введение законов, ограничивающих дворянское участие в управлении городом.

Он сыпал схемами интриг, упоминал фамилии, которые я уже успела забыть, но в целом затея была правильной, и я дала добро. И так как давно уже уяснила, что люди слушаются куда охотнее, если твой статус подкреплен силой, попросила Леймина послать к Доулсону-младшему еще отряд охраны.

– Уже послал, ваша светлость, – буркнул старик в трубку.

– Вы бы сразу отправляли Майки ко мне. Не стоит вам взваливать на себя еще и это. А лучше бы и вовсе уехать, не сердитесь, ваша светлость. Но враг ударит со дня на день…

Он заботился обо мне и желал мне только добра, и поэтому я подавила резкий ответ."

"– Я останусь здесь. Мой муж как-то справлялся, – сказала я. – Справлюсь и я.

И этим утром я опять спустилась в кабинет Люка. Во рту еще ощущался свежий вкус зубной пасты, которой я чистила зубы после приступа тошноты, голова немного кружилась, брачный браслет холодил кожу – а я, предварительно открыв окно, чтобы было посвежее, медленно разбирала письма, жалобы, прошения.

Их оказалось очень много: несколько ящиков, аккуратно поставленных у стола. За два дня я уже просмотрела штук сто, не меньше, а ящик, из которого я их брала, оставался почти полным. Все-таки Майки здорово облегчал нашу жизнь – нужно будет найти кого-то толкового ему на замену.