Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Идеальности Полине придавала и дождавшаяся пробуждения записка от секретаря Демьяна, в которой значилось, что его величество позвонит супруге около половины третьего дня по времени Бермонта, если позволит обстановка.

Королева немного трусила, но совсем чуть-чуть: ей представлялось, как Демьян рассержен, и хотелось сделать что-то, что отвлечет его. Поэтому, получив два с половиной часа отсрочки перед разговором с мужем, она заторопилась. Нужно было многое успеть.

Но для начала Полина заглянула к леди Редьяле.

Свекровь отдыхала в кресле после утреннего посещения школы для девочек, попивая пахнущий на всю гостиную ягодный отвар; горничная, присев на низенькую скамеечку, разминала ей ноги.

Увидев невестку, матушка Демьяна отослала служанку, и Поля смиренно извинилась за беспокойство, которое доставила своим безрассудством. Она по статусу могла и не объясняться, но леди Редьяла всегда была к ней очень добра, и ей не хотелось портить отношения.

Свекровь все же была сильно огорчена, но ни ругать, ни обвинять Полину не стала.

Только проговорила, величественно поднявшись и протянув руки в знак того, что принимает извинения:

– Мне страшно даже подумать о том, что было бы с Демьяном, если бы ты вчера погибла, – сказала она слегка укоризненно, пожимая невестке пальцы. – Хорошо, что все обошлось – но ведь тебя ранили. Конечно, Демьян мягок с тобой, и будет мягок всегда, и даже когда мы вчера говорили с ним, он не был зол. Но подумай: ведь он сейчас каждый день подвергается опасности.

Не время отвлекать его, милая. Мой сын должен быть сосредоточен на том, чтобы победить врага, защитить страну, не пропустить удар, а не думать каждый момент времени о том, не случилось ли что-то с тобой.

– Я понимаю, – кротко вздохнула Поля, и лицо леди Редьялы разгладилось. На Полину никто никогда не мог долго сердиться.

– Мы должны быть ему надежным тылом, ваше величество, – матушка Демьяна жестом предложила невестке сесть в соседнее кресло. – Крепким, как замок Бермонт, как скала, на которой он стоит.

Я помню, что ты всегда была непоседой, Полина, да и кровь твоя не позволит тебе стать такой, как наши женщины…

– А вам бы этого хотелось? – как можно равнодушнее поинтересовалась Пол. Налила себе ягодного отвара, с удовольствием отпила: она была голодной, а завтрак по ее приказу накрыли в кабинете.

– Нет, – с легким удивлением ответила леди Редьяла, поднимая ноги на скамеечку, где ранее сидела горничная.