Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Кстати, еще один вопрос. – Фредрика заглянула в свои заметки. – Вы сказали, что убийца улыбнулся мужчине, державшему камеру. Вы видели его? Того, кто снимал.

– Нет, не видела.

– Однако вы уверены, что это был мужчина?

Малена кивнула, и, когда она прошептала свой ответ, у Фредрики мороз пробежал по коже.

– Морган рассказал мне. Когда он занес надо мной топор, то наклонился и проговорил: «Ты ведь понимаешь, что за камерой был я?»

61Петер Рюд вышел из комнаты Джимми тем же путем, что и его брат, – через дверь веранды.

Повернувшись спиной к сотруднице и Микке, он большими решительными шагами направился через газон к жилью Теа Альдрин. Теа увидела его только тогда, когда он уже входил в комнату. Заметь она его раньше, заперлась бы на все замки.

Когда он вошел, она вздрогнула.

– Вам не следовало бы сидеть с открытой дверью, – каким-то не своим голосом сказал Петер.

Теа неотрывно смотрела на него, опустив на колени книгу.

– В прошлый раз вы забыли рассказать парочку деталей.

Если не можете разговаривать, как обычные люди, придется написать. Потому что я не уйду отсюда, пока вы не расскажете, что случилось с моим братом Джимми – с тем парнем, который жил напротив и пришел под ваше окно вчера вечером.

Поскольку Теа продолжала молчать, Петер почувствовал, как в нем заклокотала ярость.

Своими сильными руками он схватил старушку за плечи и рывком поставил на ноги:

– Ты. Должна. Рассказать.

Теа сделала слабую попытку вырваться из его хватки, понимая, однако, что это бесполезно.

– Говори!

Ее молчание решило дело. Он посмотрел на нее долгим взглядом, потом прошептал:

– Мы знаем, кто посылает тебе цветы.

Слова тут же возымели эффект. Теа покачала головой и снова попыталась вырваться.

Но Петер держал ее крепко.

– Да нет, мы это точно знаем. Нам известно, что Вальтер Лунд на самом деле – твой пропавший сын Юхан. Единственное, чего мы не знаем, проклятая старушенция, – за что этот говнюк благодарит тебя каждую долбаную субботу.

Она не заплакала, но продолжала мотать головой, а потом заговорила.

Заговорила!

Петер был настолько ошеломлен, что выпустил ее.

– Пожалуйста, прошу вас!

Голос ее звучал глухо – она явно отвыкла им пользоваться, однако могла.

– Ты можешь говорить!

Он тут же проклял эти свои слова – они звучали совсем по-детски и ставили под угрозу все достигнутое.

– Почти все могут говорить, – ответила Теа.

Она все еще не оправилась от страха.