Стоунхендж читать онлайн

Угадывался какой-то смысл, но калика держался всегда настолько странно, что даже в простых словах и жестах искали и находили глубокий смысл, которого калика вовсе не вкладывал.

Кичинский обнял Яру и Томаса за плечи и, похлопывая, потащил к крыльцу. Он смеялся, счастливый, глаза блестели. По виду готов был все отдать, только бы длить этот момент встречи с любимой племянницей.

В главной палате замка был устроен пир в честь Яры. Томас был потрясен, ибо такого дикого расточительства еды, вина, шелков не знали даже короли Британии.

И о таком не пели барды, трубадуры, менестрели и бродячие шпионы в драных плащах странствующих монахов.

Из всех подвалов выкатывали бочки с вином, вытаскивали окорока, во двор въезжали телеги, доверху груженые оленями, кабанами, зайцами, битой птицей. С ближних озер везли тяжелые кадки с водой, откуда, высовывали морды крупные сомы, щуки, лини, смотрели мутными глазами на приближающийся замок.

Все кухни работали во всю мочь, а несколько жаровен поставили во дворе, там жарилось и пеклось мясо, рыба.

В отдельном котле грели вино, ибо воины, пришедшие с севера, жаждали показать, как там пьют горячее вино с перцем и солью.

Кичинский сиял, как медная монета. Он сидел во главе стола, по правую руку была Яра, по левую — Томас. Калика мелькнул сперва среди знатных

калика беседовал с челядью, затем исчез вовсе.

Пан Кичинский после первого же кубка за здравие любимой племянницы заговорил с жаром о всемирном жидовском заговоре. Он был похож на Катулла или Сципиона, Томас не помнил кого именно, который любую речь заканчивал фразой насчет Карфагена, который надобно срыть и растоптать, только упертый римлянин этим заканчивал любой пир, чтобы не портить гостям аппетита напоминанием о работе, а Кичинский — начинал.

Наверное, чтобы добавить перцу и соли.

Томас бросил короткий взгляд на Яру, спросил невинно:

— Всемирный заговор? Я слышал, что его замыслили не то тамплиеры, не то германский кесарь...

— Иудеи, — возразил Кичинский убежденно.

 — Они! Тамплиеры только прикрытие, как и германский император. Они стоят на нижних ступенях пирамиды, им не дозволено подняться выше десятой. А там, от десятой и до первой, одни иудеи. А подлинная их цель — создать Великий Израиль с иудейским царем для всего мира!

— Значит, — спросил Томас коварно, — всякие те, кто помогает строить пирамиду Власти, помогают иудеям взять власть во всем мире?

— Точно сказано, — воскликнул Кичинский.