Name: Стоунхендж
Author: Юрий Никитин

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Пикты сражались отважно, но бритты были сильны и свирепы. В долгих сражениях сломили мощь пиктов. Те не желали попасть под чужое господство, погибли почти все... Однажды король бриттов Владибор объезжал страну, уже постаревший, больной, раздраженный. Он помнил вкус верескового меда, его угощали пикты, тогда высадился вроде бы мирно... Но пикты погибли, с ними ушел и секрет верескового меда.

Томас слушал зачарованно, калика рассказывал о далеких славных битвах, он слышал ржание коней, звон мечей и свист стрел, зов боевых труб, а Яра сказала тихо:

— Больше никогда-никогда.

— Почему? Один из отрядов наткнулся в лесу на дряхлого деда, что с внуком жил в лесной хижине. У них отыскали кувшин свежего верескового меда! Привели обоих к королю, тот спросил, неверяще: умеют ли варить вересковый мед? Да, ответил старик. Мы — последние медовары. Король велел тут же приготовить мед, пообещал горы золота. Когда те гордо отказались, велел привязать к деревьям, а палач начал разводить костер. Долгие пытки способны ослабить любую гордость.

Томас, что уже дышал учащенно и хватался за меч, возразил горячо:

— Не любую!

— Старик, видимо, так не считал. Глядя на раскаленные щипцы, которыми палач приготовился рвать куски мяса, взмолился: король, я приготовлю! Но только... только мне стыдно смотреть в глаза своего внука. Молодость не понимает ценности жизни, будет презирать, обвинять в предательстве!.. Король подал знак, внука тут же пронзили мечом. Старик посмотрел на убитого, разогнул спину и засмеялся в лицо грозного короля: я не верю в стойкость молодых, потому и просил его убить.

А сам я из старых, что и под пытками не кричат, а поют боевую песнь пиктов о твоей погибели!

Томас долго молчал, сопел, брови грозно сшиблись на переносице, а пальцами, как видел Олег, давил горло проклятого короля. Не проговориться бы, щадя благородные чувства молодого рыцаря, что вожак высадившихся на берег завоевателей бриттов был не то его прапрапрапрадедушкой, не то еще несколько раз «пра».

Внезапно Томас встрепенулся:

— Сер калика! Мне одна мысль пришла...

— Если одна, — откликнулся калика, — то хорошо, выдержу.

— Ты ж бывал у пиктов! Я в жизнь не поверю, зная тебя, что не знаешь все их замашки, языческие ритуалы, что не улучшал породу... я тебе вовек половцев не забуду!.. и что не знаешь как варить вересковый мед!

Калика долго молчал, конь под ним шел ровно, потряхивал гривой, на рыцаря косился умным глазом кротко и с немым укором.

— Томас...