Судоплатов. 1920 год читать онлайн

Сотрудникам милиции нужно было кормить свои семьи и они вольно-невольно продавались уголовникам за продукты. Поэтому о нашей операции никто из одесситов был ни в курсе. Малява от воров внедренным сотрудникам была не нужна: Данило сам являлся гарантом того, что за гастролерами стоит сам Махно.

Родоначальниками воров в законе в России были босяки — особая социальная прослойка дореволюционного времени. Босяками изначально называли разнорабочих, грузчиков, которые старались хоть что-то заработать в крупных городах.

Слово это появилось от того, что люди спали, пока ждали появления работодателей, а на босых ногах они указывали расценки. Если работодателя цена устраивала, он будил человека и нанимал его грузчиком. Постепенно босяками стали именовать тех, кто добывал деньги нечестным, незаконным путем. Убийс̲тво и изнас̲илование в их среде с самого начала были под запретом. Босяки могли убить только в случае разборок и при защите собственной жизни.

Несмотря на хитрость и ловкость, воры оказывались рано или поздно в тюрьме, поэтому их законы перекочевывали в блатной мир. К элите причисляли тех, кто занимался кражами, требующими особого мастерства, подготовки, планирования. Это были специалисты по вскрытию сейфов или прославившиеся взятием банка, магазина. В преступной иерархии императорской Руси высшим классом был так называемые «марвихеры» — высшего класса воры-карманники. Это была элита преступного мира.

«Марвихеры» всегда одевались богато, выглядели интеллигентно и проводили свои операции среди самых состоятельных граждан — в банках, дворянских собраниях, на аукционах и так далее.

А в местах заключения авторитетами были «Иваны». «Иван», в современной аналогии что-то подобное на вора в законе, как правило выходил из «бродяг» — лиц, которые не имели ни дома, ни родни, ни друзей и не «помнили своего имени». Оттуда, кстати и пошла известная фраза «Иван, родства не помнящий».

Дело в том, что при задержании преступники не собирались называть настоящие имена, чтобы им не вспомнили прошлые грехи. Поэтому на вопрос об имени отвечали «Иван», а о фамилии — «Не помню». Так задержанные и оформлялись в сводках, как «Иван, родства не помнящий». «Бродяга» за особые заслуги мог стать «Иваном» — это аналог современной коронации воров, которые появились в тридцатых годах.