Name: Сын (не) для дракона
Author: Анна Солейн

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Этот кошачий выродок, беспородный приблудыш. После ее смерти он получил все: золото, власть, свиту уродов-прихлебателей — целое королевство.

— Ты можешь это доказать? — прищурилась я, вцепившись в знакомую тему.

Сорин помолчал, коротко облизнул губы, как почуявший добычу хищник.

— На груди каждого дракона, который посмел лишить жизни своего сородича, остается шрам.

Задумавшись, я провела по губам указательным пальцем.

— Имеется в виду только непосредственное лишение жизни? Если дракон, скажем, был соучастником? Или организатором? Заказчиком? Считается ли лишением жизни, например, оставление в беде? Речь идет о прямом или косвенном умысле? А если намерение лишить жизни было, но по независящим от дракона причинам ничего не вышло? Что тогда?

Бесят меня расплывчатые формулировки, ничего не могу поделать.

Ну как с таким можно работать?!

Моргнув, Сорин уставился на меня, как будто впервые с начала нашего разговора понял, что общается не сам с собой.

— Каждого, кто посмел лишить жизни своего сородича, — повторил он медленно, почти по слогам.

Можно подумать, это я тут несла ерунду! — Это кровный закон, ни один дракон не должен поднимать руку на своего. На человека — можно.

Очаровательно.

— Я имею в виду…

— Неважно, сам он убил или нет. Игрид утонула, но я знаю, что виноват в этом Ариан!

— У него есть шрам на груди?

— Нет, — неохотно ответил Сорин. — Ему удалось провести самого Огненного — но не меня.

Ну конечно, в правилах этого вашего Огненного лазеек больше, чем дырок в сыре.

— Я стащил с этого кошака камзол сразу после того, как вернулся во дворец, — сказал Сорин. — Еще с того момента, как погиб король, я подозревал, что он не просто жадный до власти ублюдок, но еще и убийца.

— Но его кожа оказалась чистой?

— Да.

Мы замолчали. Я развлекала себя игрой «Придумай сто вариантов обойти правила местного бога», а Сорин, наверное, решал какие-то более важные вопросы, потому что спустя несколько минут он повернулся на бок и улыбнулся, глядя на меня.

— Это… прошлое. То, что случилось еще до твоего рождения, до рождения твоего деда.

— К чему ты это? — обернулась я к нему.

— Я впервые за многие годы надеюсь на будущее. Засыпай, Кэтэлина. День был долгим.

Глава 19

— Я не могу быть беременна, — заявила я и скрестила руки на груди.

— Нет, можешь. — Дракон улыбался так широко, что ему хотелось врезать.

Мы стояли рядом с трактиром под ветками сухого дерева.