Сын Сталина читать онлайн

Ножка была вполне заслуживающей повышенного внимания: стройненькая, чуть загорелая, правильной формы, с красивым подъемом. Молодое тело тут же поинтересовалось: а нельзя ли эту аппетитную ножку взять в руки и вдумчиво исследовать? По полной программе? Но разум полковника Ладыгина тут же пресек эти мысли простым естественным вопросом: «Слышь, сопляк, а она вообще поймет твои домогательства? В школе давно не был? Забыл, как нынешних девиц воспитывают? В чистоте и благопристойности!» Небольшим усилием воли он заставил себя перевести взгляд с симпатичной круглой коленки на туфли.

– Ну и что? Набойки как набойки, ничего уж такого особенного…

– Да дядя Василь туфли сшил!

Александр обалдело уставился на лакированную обувку:

– Постой-постой, ты серьезно хочешь сказать, что этот ваш кустарь-одиночка без мотора тачает лаковую обувь? Интересно бы знать: как это у него получается?

Он, разумеется, плохо представлял себе процесс лакирования кожи, а если честно – не представлял его вовсе, но был уверен: в условиях маленькой мастерской получить лаковую кожи практически невозможно![502] И если неведомый ему мастер «дядя Василь» это умеет – честь и хвала ему!

Вслух же Белов лишь заметил:

– Стоящие тапочки, – и тут же спросил: – Ну и что с этим дядей Василем стряслось? И уж до кучи: как мне к тебе обращаться, чудо с косичками?

– Ой! Так Лида ж я…

– Очень приятно.

Ну?

– Так вот, я и говорю: дядя Василь, как узнал, что Лешика на фронте… ну, что он без ноги остался… Он три дня в подвальчике у себя сидел – водку пил.

А потом… – Лида запнулась, но твердо закончила: – Потом пошел в магазин. А по дороге… идет и ругается на всю улицу… нехорошими словами. Кричит, мол, зачем ему эта Польша понадобилась?! Вот, мол, кому понадобилась, тот пусть своих сыновей и шлет на смерть. Вот… А военный патруль его забрал. А он идти не хотел – его прикладом, в живот. А потом пришел участковый и сказал, что дяде Василю два года ссылки дали: он товарища Сталина… ой! – она замолчала и жалобно посмотрела на Сашку.

Белов задумался. В принципе, все было ясно: пьяный дурак обругал Сталина и правительство. Ну, ему и впаяли. Да не по полной программе, а пожалели старика, дав колонию-поселение, чтобы остыл. И то, что он с патрулем по пьяни задрался – тоже понятно. А красноармейцы в такой ситуации шутить не станут. И не должны. У них – приказ. Но как вот этой красавице объяснить, что сапожник сам виноват? А если так?..

– Слушай, Лида.