Тетушка против читать онлайн

Пальцами, не крючком, пока учишься…

Бам! Книга упала на пол. Дзынь! Желая ее поймать, верзила выпустил из руки и поднос.

— Простите, госпожа Пруденс, — пробасил он испуганно.

— Ничего, это дешевое стекло, — вздохнула она.

— Я сейчас быстренько приберу, — вскинулась Луизетта, и шарик масла выскользнул из щипцов, шмякнувшись об пол.

— Вот позор так позор! — с восторгом взвыла Мюзетта. — Наши предки веками служили короне не для того, чтобы вы разбрасывались продуктами!

Кухарка снова засмеялась.

— Пожалуй, — сказала она, — ближайшую неделю господа обойдутся без масла.

Ну что, госпожа Пруденс, спасем завтрак и мои нервы? Приготовлю яичницу и запеченные овощи в керамических горшочках, Пьеру только и останется, что донести их до стола целыми и невредимыми.

— И, пожалуй, мы пока уберем подальше фарфор и достанем серебро, — согласилась с ней Пруденс.

Рауль улыбался, глядя на ее спокойную собранность. Теперь, когда он знал, какой огонь может разжечь в этой практичной и рассудительной женщине, все в ней казалось ему восхитительным и наполненным двойственностью.

Перед глазами так и стояла сцена, когда Пруденс порвала воротник платья — и никакой самый порочный опыт не шел ни в какое сравнение с этим неистовым порывом закоренелой девственницы.

— Ваша светлость! — Теодор повернул голову, увидел его и вскочил. Пруденс стремительно оглянулась — и так же стремительно покраснела. Луизетта постаралась сделать книксен. Мюзетта спряталась за соусник. Верзила шагнул вперед, надеясь скрыть собой осколки.

А девушка у окна так сильно дернула шнурки корсета, что манекен покачнулся. Лишь кухарка осталась невозмутимой, преисполненная твердой уверенностью, что без ее булочек этот дом рухнет.

— Доброе утро, — широко улыбаясь, приветствовал он всю компанию. — Не обращайте на меня внимания, я только заберу своего камердинера.

***

Второй раз Рауль покинул спальню уже в полном боевом облачении: новехоньком кафтане, тончайшей белоснежной рубашке с пышным жабо и шикарном жилете. Пряжки на туфлях так и сверкали, тщательно накрученные кудри пружинили, а элегантности кремовых чулок позавидовал бы и столичный модник.

— Батюшки святы, — умилилась давешняя крестьянка, уронившая масло. Она встретилась ему в коридоре с охапкой белья. — Тьфу на вас, чтобы не сглазить, ну до чего хорошенький!

— Луизетта, рот, — донесся строгий оклик Пруденс откуда-то неподалеку, и горничная ойкнула, унеслась. А Рауль пошел на голос, как моряки следуют за сиренами.