Тигровый, черный, золотой читать онлайн

– Орхидеи, – повторила Анаит, чувствуя, как в ней поднимается волна гнева. В щеках вспыхнул жар, но сейчас ее это не волновало. – Орхидеи продаются в горшках. С корнями. Их никто не срезает. Так почему ты никогда не дарил мне орхидеи?

Она впервые увидела, как Алик растерялся. Лицо его поглупело. В другое время это развеселило бы ее, но Анаит не успевала насладиться этим зрелищем: ее несло к берегу, где уже гнулись и стонали пальмы.

– Обычные орхидеи, а? – Она перегнулась через стол. Соус опрокинулся – да и плевать! – Или розы в горшках?

Пальмы, всплеснув макушками, исчезли под водой.

– А нарциссы? Гиацинты? Хризантемы? Фиалки?

Ее голос катился по пустому ресторану. Казалось, если она хоть чуть-чуть прибавит громкости, начнут взрываться бутылки.

Из подсобки выглянул официант, испуганно уставился на них и снова исчез.

Алик вскочил. Схватил сумку и с несвойственной ему торопливостью побежал к выходу.

– Цикламены? – орала ему вслед Анаит. Голос обрел невиданную прежде силу. – Азалии? Фуксии? Гибискусы? СРАНЫЕ КАКТУСЫ?

На кактусах Алик выронил сумку. Дернулся, как простреленный, подхватил ее и скрылся за дверью.

Анаит медленно выдохнула и опустилась на стул. Оглядела стол взглядом полководца, озирающего поле сражения с ближнего холма. Итак, что у нас осталось? Роллы – на фиг. Жиденький суп – туда же. А вот гречневая лапша – это неплохо! Сегодня она пообедает лапшой.

Глава 14

В каждом деле для Илюшина рано или поздно наступала минута, когда он брал карандаш и альбомный лист.

В повседневной жизни он не рисовал. Однако с самого начала расследования в его воображении постепенно зарождались образы тех, с кем сталкивало Макара преступление: свидетелей, жертв, клиентов; нечто вроде портретов, пропущенных через миллион кривых зеркал и искаженных ими до неузнаваемости, но в этой искаженности парадоксально точных."

"Он переносил их на бумагу.

Запечатлеть означает прояснить. То, чему Илюшин не находил названий, смутные догадки и расплывчатые идеи обретали ясность.

С этим уже можно было работать.