Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Ее потенциал гораздо выше, а в бою с айэ она наверняка выложилась в полную силу.

Ректор вперил взор в карту: на ней вспыхнул красный огонек. Испытуемая наконец добралась до полигона, хвала небесам.

Одновременно зажглись разноцветные созвездия, обозначавшие и наблюдателей, и ждавшие своего часа сюрпризы. Черными кляксами обозначились ловушки с клетками, в которых сидели зомби и прочая нежить. А зеленым огоньком светилась клетка с айэ, и она была первой на пути магички.

Очень подозрительной магички.

Не мог Сириен сказать королю правду, а вот умолчать – вполне.

Дэйтар Орияр тоже не открыл Артану, что Тиррины Барренс уже нет в его замке. Сбежала. И хаор суафитов, как и Сириен, заподозрил, куда направилась беглянка.

Или ее направили.

Могли ли айэ подыграть, изобразив схватку в лесу? Конечно. Это вполне в их духе, если они протаскивали свою ставленницу в королевские невесты. Никто не заподозрит в той, которая будто бы убила отряд диких, такую же айэ.

И внешность ей изменили не случайно. Зачем пускаться на такую хитрость, если она действительно леди Асгерд, маркиза Ривз? А вот если магесса – не дочь герцога, если она – сбежавшая из плена суафитов Тиррина Барренс, то диким просто необходимо изменить ее внешность.

И был придуман немыслимый по абсурдности трюк совсем в их духе. У диких нечеловеческая логика и уловки.

Подмену и король-которому-не-лгут не сумеет разоблачить, потому что айэ как раз способны обмануть даже его.

И дар Сириена видеть нелюдей мог не сработать: по рождению Тиррина человек, и душа у нее человеческая.

Не мог Сириен сказать брату о своих подозрениях, никак не мог.

Слишком глубоко въелось в молодого короля приворотное заклинание. Хотя маги уверяли, что сняли приворот полностью, а менталисты ювелирно убрали последствия. Но достаточно было перехватить тоскующий, полный нежности взгляд Артана, брошенный на отвратительную морду черного дракона, чтобы понять: король все еще болен.

И айэ, зная о его болезни, могли этим воспользоваться.

Потому не проникновения демониц боялся Сириен, а удара совсем с другой стороны.

Одна неувязка: в тот момент, когда король смотрел на живые портреты невест, Тиррина приняла облик дракона. После того как ее душа побывала в шкуре древнего черного ящера, графиня могла перевоплощаться в драконицу. И это более чем странно: магистры не находили в ней ни темной магии, ни магии айэ, но что это, как не магия метаморфов? И то, что Тиррина Барренс способна была скрывать эту магию, делало ее еще более грозным врагом.