Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Получается какая-то мерцающая фигура. Вроде он есть, а вроде его и нет.

– Что-то подозрительное?"

"– А черт этих русских сейчас разберет, что у них там происходит, – искренне пожаловался Мартинес. – То у них разведчики и военные идут в бизнес для прикрытия, а то, получается, они и на самом деле полностью уходят в бизнес. Сами ничего не понимаем.

– Наверное, они это специально придумали, чтобы вас с толку сбить, – ехидно предположил Густавссон.

– Очень может быть, что и так. По крайней мере используют они эту ситуацию классно.

Просто невозможно работать! – поделился накопившейся обидой Мартинес. – Правил никаких нет, поди их разбери!..

– Так насчет моего русского ясности пока нет?

– Откровенно? Нет. То есть вроде есть какой-то такой магнат, занимается какими-то там новыми технологиями. А если все вопросики к нему пробить по полной программе, то вроде он не совсем и есть на этом свете.

– Ты сейчас сам понял, что сказал? – озабоченно спросил швед.

– Тебе пояснее сказать? Я бы был с ним поосторожнее.

Приглядись, заодно нам потом расскажешь, что к чему с этим русским...

– А в вашей конторе вообще еще кто-нибудь работает? Или вы нам все дела решили передать? – злобно поинтересовался Густавссон. – Тогда хотя бы гарантируйте нам государственную пенсию.

– Мы вам и так много чего гарантируем. Одно то, что ты до сих пор не тюремную баланду хлебаешь, – на всякий случай поставил его на место Мартинес. Швед в ответ выразительно посмотрел на агента, но скандинавской выдержки все-таки хватило на то, чтобы благоразумно промолчать.

* * *...Густавссон вернулся в дом на Холменколлен ранним вечером, и Потоцкий сразу уловил в нем некоторую перемену настроения.

Собственно, в отличной, а временами почти сверхъестественной интуиции как раз и заключался особый дар старшего научного консультанта архивного отдела Воронцова. Может быть, именно благодаря интуиции он в свое время и сделал неплохую научную карьеру. Никто, в том числе и сам Воронцов, никогда бы не смог объяснить, почему для своего исследования он видел именно эту тему, почему из сотни других снимал с полки именно эту книгу, почему начинал искать именно в этом направлении.

.. Но как бы то ни было, всегда получалось так, что тема, которую он выбирал, оказывалась самой перспективной. Книга, которую он открывал совершенно случайно, подсказывала ему новые повороты и новые факты. И именно в том направлении, в котором он начинал свой поиск, его ждали самые значительные открытия.