Три любовных романа читать онлайн

– Даже если она мне не нравится, – согласился он и раздраженно добавил: – Дальше я вас не провожаю. Судя по количеству знакомых, вряд ли вам угрожает опасность нападения. До вашего дома рукой подать, да и оружие у вас есть – ваш острый язычок. Им вы сможете сразить противника наповал.

Он круто повернулся и пошел назад. Скорее всего, он оставил свой автомобиль возле театра и просто решил проводить ее. Кэсси почувствовала запоздалое раскаяние и хотела было извиниться, но, обернувшись, увидела, что он уже далеко – высокая темная фигура, от которой вновь повеяло давней неприступностью.

Кэсси уныло поплелась домой, забыв о собственных горестях и казня себя за скверный характер и еще более скверное поведение.

С утренней почтой принесли письмо, на которое Кэсси сперва не обратила внимания. Она давно взяла себе за правило читать письма за завтраком и не видела необходимости ломать эту привычку. Так что конверт спокойно лежал на столе, дожидаясь, когда она приготовит себе тост и кофе.

Без каких бы то ни было дурных предчувствий она отхлебнула кофе и потянулась за письмом. Взгляд небрежно скользнул по конверту – штемпель ее родного города, но адрес напечатан на машинке, а значит, письмо не от отца и тем более не от матери! Мысль о матери Кэсси решительно отбросила. Неприятностей и без того хватает. Скорее всего, какой‑нибудь счет. Равнодушно распечатав конверт, она пробежала первые строчки и внезапно побледнела как полотно.

Дважды она прочитала письмо от начала до конца, но оцепенение от шока не проходило, и только мысль о том, что, опоздав на работу, она даст Джордану Рису лишний повод для придирок, заставила ее встать, надеть пальто и взять сумку. В голове царил полнейший сумбур – как быть? Что делать? Вот и говори после этого о дурных предчувствиях!

Послание все‑таки оказалось от матери, по крайней мере от ее секретарши, так как Лавиния Престон с некоторых пор не утруждала себя писанием писем.

Она собиралась в конце этой недели ненадолго заехать домой по пути в Нью‑Йорк, где у нее премьера в одном из бродвейских театров, и выражала надежду, что Кэсси сможет приехать повидаться с ними; и Кэсси знала, что «с ними» означало вовсе не мать и отца, а мать и Луиджи. Кэсси так углубилась в свои мысли, что прошла мимо здания газеты, но, спохватившись, повернула назад.