Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Что-то серьёзное? – тем же ровным голосом спрашивает он.

– Подозрение на инфаркт. Жду звонка с подробностями от Галины, – перед глазами эта страшная картина, и я вздрагиваю от холодка по спине.

Слишком хорошо помню, каково это, когда теряешь близких и видишь, как уходит жизнь из человека. Очень страшно.

– Как это произошло? – продолжает выпытывать Рома.

– Ему позвонил какой-то Игорь, разговор был коротким, но то что ему сказал этот мужчина… – я замолкаю и, прикрыв глаза, поджимаю губы.

– Ты знаешь что-то? – поворачиваюсь к Роме.

– Нет, – задумчиво мотает головой.

– А твой отец? Может у него спросить? – смотрю на него с надеждой, пока мужчина округляет глаза на меня.

– Мой отец? – вопросительно выгибает брови.

– Да. Дядя Гриша сказал, что знаком с ним давно, может… может, он знает какого-то Игоря. Вдруг…

– Это вряд ли, но я спрошу, если тебе будет легче, – пожимает плечами, скривив свои красивые губы.

Невольно засматриваюсь на контуры губ, и перед глазами встаёт картинка, где я прижата к стене, а мой рот терзают.

По телу проходит волна тепла, сердце ускоряет свой ритм, и я с горечью осознаю, что хочу его поцеловать.

– Тебе лучше, – усмехается зараза, заметив, как я пялюсь на его губы.

– Спасибо, – говорю я, прочистив горло, и отворачиваюсь, чувствуя, как горят щёки.

Не успеваю и вдохнуть, как Рома, впившись в мою талию, поднимает и усаживает меня к себе на колени боком.

– Что ты делаешь? – дрожащим голосом шиплю на него.

Но он и не собирается отвечать, вместо этого наклоняется и начинает меня целовать. Случается то, чего я так боялась – я не могу сопротивляться. Тело моментально обмякает в его объятиях, по венам будто пустили кипяток, а губы приоткрываются, впуская язык Ромы.

Закрыв глаза, я отдаюсь чувствам, получая наконец те с ума сводящие ощущения, о которых я думала, не переставая, все эти дни. Обняв Рому за шею, я зарываюсь пальцами в его светлые волосы, целуя в ответ, иногда едва слышно постанывая.

С точностью в сто процентов могу сказать, что меня никто не целовал так.

А он, не изменяя своим привычкам, сжимает моё бедро до будущих синяков, целует так, словно это последнее, что он может сделать в жизни, с привычным ему напором и… голодом. Именно так, потому что глубокий, чувственный и жёсткий поцелуй похож на желание меня съесть. А я могу только наслаждаться, отдавать себя в ответ и получать удовольствие.