Name: Успеть раньше смерти
Author: Алексей Макеев

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Он в больнице?

– Нет-нет, Эраст, конечно же, дома! Приезжала «скорая», ему сделали несколько уколов, и сейчас он отдыхает. За ним присматривает Ирина. Святая, редкая женщина! Она обожает Эраста, и он тоже в ней души не чает. Сейчас редко можно встретить людей, так влюбленных друг в друга. Разумеется, все дело в личности Эраста. Встретившись с ним, вы поймете, какого масштаба этот человек...

– Но вы уверены, что с ним все в порядке? – снова перебила Водянкина Мария. – Может быть, лучше отменить торжества?

– Ни в коем случае! Эраст будет страшно огорчен, если нарушатся его планы.

Вот увидите, он скоро придет в норму. Да вот и он!! Я же говорил, что этого человека ничто не может сломить! Узнаю несгибаемого Эраста!

Рот Водянкина расплылся в широчайшей улыбке, и он дружески подтолкнул своих спутников навстречу мужчине, который в этот момент вышел быстрой походкой на крыльцо.

Человек этот был небольшого роста, но имел прямо-таки царственную осанку и пронзительный взгляд полководца.

В отличие от своего друга Булавин не мог похвалиться пышной шевелюрой, но даже и недостаток этот он употребил себе на пользу. Его редкие волосы, гладко зачесанные назад, как нельзя лучше оттеняли высокий лоб мыслителя. Одет он был с иголочки, но не без некоторого богемного оттенка – на нем был, например, кокетливый шейный платок, а пиджак с золотыми пуговицами переливался цветом бирюзы.

Следом за Булавиным шла очень красивая молодая женщина в скромном платье стального цвета и с тонкой ниточкой жемчуга на высокой шее. Ее красивое лицо еще было омрачено тревогой, но она улыбалась гостям хорошо отрепетированной голливудской улыбкой.

– Добро пожаловать! Приношу свои извинения за невежливость, – напыщенно сказал Булавин. – Но эта невежливость была невольной, поверьте. Этот тихий уголок оказался полон проблем. Молох и сюда простер свою мертвую руку.

.. Впрочем, все это не имеет сейчас никакого значения. Я весьма рад нашей встрече! Особенно, конечно, тебе, Машенька! Увидеть тебя после стольких лет в расцвете славы, во всем блеске красоты и таланта!.. В нашей родне мало кто сумел чего-то достичь. Эта ветвь, я бы сказал, абсолютно бесплодна. Ты тоже, помню, была гадким утенком, и я не возлагал на тебя никаких надежд. Но ты блестяще опровергла мои сомнения.