Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Описание процедур приема и осмотра Эла Ханта не содержали ничего необычного. Когда утром десятого апреля одиннадцать лет назад его приняли в больницу, он был в хорошей физической форме. Подробности обследования его психического состояния представляли совершенно иную картину.

— Когда его принимали, он был в состоянии кататонии? — уточнила я.

— Чрезвычайно подавлен и с заторможенными реакциями, — ответил доктор Мастерсон. — Он не мог рассказать нам, почему находится здесь. Ему трудно было связно отвечать на вопросы.

Вы заметили из его истории болезни, что мы не смогли провести тест Стенфорда-Бине, ни Миннесотский мультифазный тест личности, и нам пришлось повторить их в другой день?"

"Эти данные были в папке. В тесте умственных способностей Стенфорда-Бине Эл Хант оказался на уровне 130, таким образом, отсутствие мозгов не было его проблемой, впрочем, я в этом и не сомневалась. Что же касается Миннесотского мультифазного теста личности, то по его результатам он не подходил под критерии шизофрении или органического нарушения психической деятельности.

Согласно оценке доктора Мастерсона, Эл Хант страдал от «шизотипического расстройства личности с признаками пограничного состояния, которое выразилось в кратком реактивном психозе, когда, закрывшись в ванной комнате, он порезал себе запястья кухонным ножом». Это был суицидальный жест, поверхностные раны были криком о помощи, а не серьезной попыткой покончить с жизнью. Мать тут же отвезла его в отделение «скорой помощи» ближайшей больницы, где ему наложили швы и тут же отпустили.

Назавтра его приняли в «Вальгалле». Из беседы с миссис Хант стало понятно, что случай был спровоцирован ее мужем, который «за ужином в разговоре с Элом потерял самообладание».

— Поначалу, — продолжал доктор Мастерсон, — Эл не участвовал ни в каких групповых сеансах или сеансах трудотерапия и не выполнял общественно полезную работу, которую требуют от пациентов. Его реакция на лечение антидепрессантами была слабой, а во время наших сеансов мне едва удавалось вытянуть из него одно слово.

Когда после первой недели не было никаких улучшений, доктор Мастерсон стал подумывать об электрическом шоке, что эквивалентно перезагрузке компьютера вместо того, чтобы доискаться до причины ошибок. Хотя, в конечном счете, может быть, и удастся восстановить нормальные мозговые связи, однако при перестройке такого рода основная «неисправность», явившаяся причиной болезненного состояния, неизбежно будет забыта.