Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Только этим можно было объяснить ее преображение из старой девы-недотроги в сладострастную, соблазнительную женщину… Сикандер утверждает, что не может на ней жениться, но тем не менее он ею увлечен. В этом Эмма нисколько не сомневалась.

Преисполненная уверенности в своей красоте, она перешла в гостиную и обнаружила там Сакарама, накрывавшего для нее стол. Рядом стоял слуга с подносом. Стол накрывался на одну персону.

– Я буду ужинать одна? – Эмма не могла скрыть разочарования.

Сакарам не удостоил ее взглядом.

– Если мэм-саиб желает ужинать с детьми, я могу отнести ее ужин, к ним. Но, полагаю, они уже поели. Саиб в настоящий момент занят.

– Чем? Он ничего мне не передал?

Сакарам величественным жестом приказал слуге поставить поднос на стол, после чего выпрямился и обратил внимание на нее.

– Ничего, мэм-саиб. Я никому не могу говорить, где он находится, без его дозволения.

Манеры и речь слуги подействовали на Эмму отрезвляюще. Ему каким-то образом удалось напомнить ей о скромном положении, которое она занимает в доме, ни словом об этом не обмолвившись.

Она чувствовала его недовольство ее присутствием в этих комнатах и тем, как она нарядилась. Следующие его слова подтвердили догадку.

– Не желаете ли получить назад свою одежду в постиранном виде, мэм-саиб? Утром она вам, несомненно, понадобится. Я уже послал за дурзи, который полностью восстановит ваш гардероб.

– Да, утром мне может понадобиться мое платье. – Эмма пыталась быть вежливой, но это давалось ей с трудом. – Но не исключено, что я теперь захочу все время ходить в сари.

В этом случае в дурзи не будет необходимости. Сари гораздо удобнее английского платья.

Сакарам поджал губы, словно откусил от нестерпимо кислого лимона.

– Как вам будет угодно, мэм-саиб.

Он уже собирался выйти, но Эмма окликнула его:

– Сакарам!

Он застыл на пороге.

– К вашим услугам, мэм-саиб.

– Не воображайте, что я буду сидеть взаперти в этих комнатах. Я буду ходить, где мне захочется и когда захочется. Вы меня понимаете?

– Ничего иного я и не ожидал, мэм-саиб, особенно от вас.

Как няня детей вы вправе появляться где пожелаете.

Из его слов Эмма заключила, что он имеет представление о характере ее отношений с Сикандером и не испытывает по этому поводу восторга. Недаром Сакарам саркастически подчеркнул слова «няня детей». Если правда известна Сакараму, то остальные слуги тоже, наверное, догадываются или по крайней мере подозревают. Эмма почувствовала свою уязвимость и застыдилась.