Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Она вызывала у него неприятные воспоминания. Несмотря на блестящую военную подготовку, умение стрелять без промаха и отличное владение лошадью, он так и не попал в армейскую элиту – британскую кавалерию. И здесь его преследовало подозрение в нечистокровном английском происхождении.

– Вы служили в британской армии? – Она повернула голову и слегка откинулась, устремив на него полный любопытства взор.

До него с опозданием дошло, что он нарушил собственное правило ничего не рассказывать ей о своем прошлом. Желая отвлечь ее внимание, он дотронулся ладонью до ее щеки и, подчиняясь внезапному порыву, наклонился и прикоснулся губами к ее губам.

Эмма только ахнула. Он занял более удобную позу, обнял ее и поцеловал по-настоящему. Ее губы оказались мягки и пряны, как индийские сладости, она невольно прильнула к нему, возбуждая его плотский инстинкт и вселяя желание продлить соприкосновение, сделав его более глубоким, более интимным.

Однако ее покорности хватило ненадолго. Вскоре она начала вырываться из его объятий, так что они оба оказались в коконе из ее волос; при этом Эмма умудрилась удержать у груди свою импровизированную ширму.

Он нехотя выпустил ее.

– Успокойтесь, мисс Уайтфилд! Мне просто захотелось вас отвлечь. Ведь вы испытываете такую боль!

– Поцелуй как лекарство? – Она отшатнулась от него, бледная и дрожащая.

Ее сарказм стал для него неожиданностью. Он считал это только своей привилегией и был удивлен, что Эмма тоже прибегает к нему. Впрочем, почему бы и нет? Ведь он вспоминал о сарказме именно тогда, когда ощущал угрозу.

– Да, мне захотелось вас успокоить. Но я поцеловал вас еще и потому… Потому что было невозможно вас не поцеловать.

– Зачем вы смеетесь надо мной, мистер Кингстон? Я прекрасно знаю, что не могу внушить ни одному мужчине Подобного желания! Прошу вас, не унижайте меня. Я сейчас не в лучшей форме и вряд ли способна достойно ответить на ваше… глумление.

Алекс был поражен блеском слез у нее в глазах. Сейчас он был готов наказать любого – нет, любых! – кто убедил ее, что она не может быть желанной.

В этот вечер он понял, что испытывает сильное желание обладать ею, и даже чувствовал из-за этого сильное неудобство. Тем не менее он понимал, что стоит ему перегнуть палку – и она убежит от него, как раненая лань.

Не в силах сдержать себя, он стал перебирать пальцами ее мягкие, шелковистые пряди волос."

"– У меня и в мыслях нет вас унизить, мисс Уайтфилд. Я действительно испытал непреодолимое желание поцеловать вас.