Name: Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж
Author: Андрей Анатольевич Посняков

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Прыщавый недовольно нахмурился:

– Опять я. И сразу двоих. А ну-ка – заверещат, затрепыхаются?

– Хорошо, – подумав, согласился главарь. – Тогда бери одну, да уведи в лес. Там и… А я здесь – другую.

– Понял! – Ондрей обрадованно закивал. – Вдвоем-то завсегда ловчее.

Выйдя на двор, он оперся взглядом в нагнувшуюся к кадке Глафиру – бабенку справную, пухленькую, с такой грудью, что… Не то что тощая кошка Анька!

Осторожно подобравшись, тать хлопнул деву по ягодицам, обнял, зашарил по груди руками:

– Ах, Глафирушка… пойдем-ка… пойдем, чего покажу…

– И чего ж?

Корвища кочевряжилась, манерничала, прекрасно понимая, куда и зачем ее зовут… А почему бы и нет? Славно ведь, славно! Первой в лаз и пролезла, а следом за ней – и прыщавый Ондрей.

Выйдя из баньки – там еще оставалась со вчерашнего дня водица, хватило смыть пот – Анна проводила обоих насмешливым взглядом и скривилась – уходите? Ясно, зачем… Да и славно! Подольше б не приходили, ага.

Удачное время для разговора – пока никого лишних нету, давно уж хотела Анна поговорить по душам с Тимофеем, да все никак не могла улучить подходящий момент, все время или что-то или кто-то мешал.

Волнуясь, девчонка поднялась на крыльцо, до крови искусав губы… И нос к носу столкнулась с предметом своей страсти!

– Ты чего это? – поигрывая ножом, отпрянул Тимофей. – Почто рвешься-то?

– Я… я только сказать хотела…

– Так говори, только скорей. К колодцу вон, пошли, там тень…"

"Никакой особенной тени у колодца и вовсе не было, не могла ее дать старая засохшая ветла с облетевшими от жары и безводья листьями, однако ни до ветлы, ни до тени, не было Анне сейчас никакого дела, ни до чего дела не было.

И ни до кого… кроме одного человека – вот этого!

– Ну, – с кривоватой улыбкой главарь шайки уселся на колодезный сруб. – Глянь-ко, воды там много?

– Да не особо…

Тать уже примерился ударить ножом, сзади под ребро, в сердце… Вот только девчонка вдруг резко повернулась, на колени упала…

– Господин… Тимофей… Я чувствую – расстаться нам скоро…

– Гм…

– И хочу, чтоб ты знал: нет на белом свете ничего такого, на что б я не пошла ради тебя! Прикажи, что хочешь, и я исполню… Да ты, верно, и знаешь.

Помнишь герра Шульце, купца, его малых детушек. Я их убила, потому что ты так сказал… и всегда беспрекословно выполняла твои приказы, и буду выполнять, а когда надоем – просто скажи мне – уйди… а лучше – убей себя! И я убью себя… хоть вот этим ножом, потому что жить без тебя буду не в силах.