Вдова его величества читать онлайн

А на плечи Катарины упал теплый плащ, в который ее завернули, и притянули, и обняли, лишив возможности двигаться.

– Я тебя поймал.

– Поймал, – согласилась она. – И… что мы будем делать дальше?

– Не знаю, – Кайден поднял ее на руки, а затем усадил на колени. – Сидеть?

– И только?

– И только.

– Ты тоже не хочешь плодить бастардов? – наверное, не стоило бы говорить, но в кои-то веки Катарина ощущала себя в достаточной мере свободной.

Кайден ответил не сразу. Но все же ответил:

– Я не хочу тебя оскорбить.

Глава 32

Наверное, Дуглас был прав.

Как бабочка на ладони.

Треклятая бабочка, из тех, что порой залетали на изнанку мира искрой жизни, такой манящей, такой беспокойной. И они, дети, спешили поймать эту искру, чтобы поднести к губам и выпить.

А когда получалось, чувствовали себя обманутыми. Дураки. Сами себя лишали чуда.

Кайден так не хотел. Он держал Катарину и слушал песню ее крови, к которой примешивался такой знакомый шепот силы, что ее собственной, что чужой.

Попросить Дугласа?

Он наверняка смыслит в магии куда больше, чем Кайден и Катарина, а если не сам, то найдет кого-нибудь знакомого. У него прорва знакомых, и неужели не найдется среди них человека, который разрушит эту сеть?

– Тебе больно? – ее хотелось спрятать.

От прошлого. И от будущего. От всего мира. Взять и возвести незримую стену, которую когда-то поднял дед Кайдена, силясь защитить остатки своей крови.

– Сперва было. Казалось, что собственная сила раздирает изнутри. Стоило к ней прикоснуться, и рисунок обжигал. Будто руки в кипяток сунула, да… – Катарина прикрыла глаза. – Но постепенно они притерпелись друг к другу. Теперь он питается моей силой и ее же сдерживает. Я кое-что, конечно, могу, но очень и очень мало. Отчасти поэтому и боюсь трогать его.

– И ты не хочешь попробовать?

– Хочу. И попробую. Когда-нибудь. Когда наберусь решимости, – Катарина оперлась на него. – Каким ты был в детстве? Я почему-то совсем не могу представить тебя ребенком.

– Ужасным.

– Да?

– Абсолютным чудовищем, к тому же обиженным.

– На кого?

– На всех. На мать.